Только улыбаться он не прекращает ни на мгновение, и глаза от меня не отводит. А потом до меня доходит еще кое-что…
- О боже! От меня, наверно, пахнет! А ты…о боже!!!
Я слабо отбиваюсь, уперевшись ему в грудь в попытках съехать с колен и забиться в дальний угол нашей постели. Рома смеется — он только сильнее к себе прижимает, и в какой-то момент я теряю надежду на сохранение хоть какого-то флера загадки и сексуальности этой ночью.
Расслабляюсь, откидываюсь назад, раскинув руки и ноги в стороны. Смотрю в потолок.
- Класс. Я должна быть красивой и сексуальной, а по факту что?! Я…
- Ты самая красивая женщина на свете, любимая.
Хмурюсь с сарказмом, опускаю на него глаза и фыркаю.
- Ну да. Моника Белуччи сейчас волосы себе только так рвала бы. Глядя на девочку-тюленя. Конечно.
Рома начинает тихо смеяться. Он прижимается лбом к моей груди, и это продолжается ровно до того момента, пока я не начинаю улыбаться. Только тогда он поднимает глаза и шепчет.
- Плевать на Монику Белуччи. Кто она рядом с тобой? Моей любимой женой.
Выгибаю брови. Он мило улыбается, морща нос, и тихо спрашивает, приближаясь еще.
- Как тебе? М? Я вернул немного романтики?
- Надеюсь, ты не собираешься меня поцело…
Я не успеваю закончить, Рома нежно касается моих губ, а потом углубляет поцелуй, бережно поддерживая под голову. Притягивая ближе. Обнимая так, что ты просто обо всем забываешь и…веришь. В его слова, в его любовь, в его сердце, которое бьется будто бы только для тебя! А так разве бывает?…иногда мне кажется, что я просто впала в кому, а вся моя жизнь — это лишь проделки воспаленного сознания. И его не существует вовсе…
Сейчас
Тяжело, сухо дышу, глядя в одну точку. Лопатками прижимаюсь к двери, словно это мне поможет удержаться все те воспоминания, которые обрушиваются словно огромная тонна воды. Ледяной, наполненной острыми кинжалами, что режут твою душу, на части ее растаскивают.
Прижимаю руку к груди. Там сердце колошматит так быстро, так глухо…кажется, еще мгновение, и его непременно разорвет на части.
На глазах слезы.
Раскаленные кинжалы моей боли, что, как оказалось, меньше не стала, а живет глубоко и вообще не собирается отпускать — пронзают насквозь сознания. Словно вспарывая швы, что с таким трудом мне удалось наложить и спрятать за ними нас.
Воспоминаний о нас…
Ко мне возвращается все. Счастье, любовь, которую я видела в его глазах каждый день. Его запах, его теплота, вкус его губ, нежность прикосновений…Я чувствую все это! И снова чувствую тот день, когда я подумала, что, возможно, лучше бы действительно впала в кому.
О том, как мой мир взорвался, я стараюсь не вспоминать. Ты просто определяешь некоторые события, как территорию ИКС, а потом очень долго и упорно запрещаешь на нее заходить.






