— Это подстава, — мотнув головой, я пытаюсь сесть, но док усилием укладывает меня обратно. — Ее ко мне подослали, — уверенно рычу в потемневшее лицо Артемьева.
— Мы нашли тебя рядом с ней. С ножом в руке, — сухо произносит он.
Парни, наконец-то расходятся, и от увиденного меня бросает в холодный пот. Мозг на автомате фиксирует детали: обнажённое тело, связанное красными лентами; многочисленные порезы на коже; кровь на обшивке дивана; пол под ним тоже залит густой алой субстанцией; окровавленные светлые волосы, слипшимися прядями свисающие с мягкого подлокотника; запрокинутое лицо с остекленевшими карими глазами.
Не она. Это не она. Меня накрывает волной облегчения, об истоках которого в данный момент я не хочу задумываться. То, что Тее удалось меня подставить и сбежать, вовсе не означает, что она намного переживет эту зверски убитую девчонку. Алатеей я займусь лично. Теперь это дело принципа. И поразительное сходство с Эмилией Моран вряд ли хоть как-то облегчит ее судьбу. Она сама сделала свой выбор, когда продалась моим врагам.
С незнакомой блондинкой разберется служба безопасности. Эти парни знают свое дело. Все следы бойни уберут, тело никто никогда не найдет, а я обязательно выясню, какого дьявола тут произошло, и виновные будут подыхать долго и мучительно.
— Я впервые ее вижу, — перевожу твердый взгляд на внимательно наблюдающего за моей реакцией Артемьева.
— Уверен?
— На сто процентов, — киваю я.
Лицо дока немного расслабляется. То, что его обязанности давно вышли за пределы врачебной практики, он давно принял, и не гнушается запачкать свои руки в дерьме, которое меня окружает. Однако иметь дело с убийствами ему еще не приходилось, но держится Артемьев на отлично. Далеко пойдет.
— Яр, я поднялся сюда с другой девушкой. Она меня чем-то опоила. Возьми мою кровь на анализ. Выясни, что за отрава меня так резко вырубила. Сучка была уверена, что я ничего не вспомню.
— Лаборатория уже занимается этим вопросом. Результаты по химико-токсикологическому исследованию узнаем через пару часов, — отчитывается Артемьев. — Что бы там ни было, она явно не знала, что у тебя выработан иммунитет к большинству ядов и наркотических веществ.
— Тогда почему меня вырубило?
— Полной неуязвимости моя сыворотка не дает, но последствия могли быть в разы хуже, вплоть до летального исхода, — поясняет док.
Я уже говорил, что он — гениальный ученый? Повторюсь.
— Тот, кто все это устроил, наверняка сделал фотографии, — добавляю я, отметив, что снова могу ясно мыслить.
— Я разберусь, — подает голос начбез.
— Не облажайся, Влад. Сам понимаешь, мне лишние проблемы ни к чему. И еще… через час устрой мне встречу с Роландом Фишером. В каком-нибудь неприметном месте. Если будет упираться, притащи силой.






