ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Принцесса Лера Титова Отцу понадобился мир с врагами, которых десять лет мочил по всей Сицилии, и он продал дочь за него по частям. Джульетта Корлеоне стояла у окна, смотрела, как садовник подрезает жасмин, и знала: когда... Пролог Ей было девятнадцать, когда отец сказал: «Ты выходишь замуж». Джульетта Корлеоне стояла у окна в кабинете отца. За стеклом сад был зелёным, жасмин цвёл, Джузеппе подрезал кусты. Она смотрела на старика и думала о том, как он будет резать жасмин, когда её уже не будет в этом доме. — За кого? — спросила она, не оборачиваясь. — За Лоренцо Бьянки. Она усмехнулась. Усмешка вышла холодной, как лёд. — Бьянки? Те, кого мы десять лет мочили по всей Сицилии? — Те, с кем мы теперь заключаем мир. — Мир? — Она повернулась. Её глаза сузились. — Вы заключаете сделку. Я — плата. — Ты — моя дочь. — Я — разменная монета. Дон встал. Медленно. Тяжело. Он уже не был молодым, но в его движениях всё ещё чувствовалась сила, которая заставляла людей бледнеть. — Ты выйдешь за него, — сказал он. — Или я запру тебя в подвале до свадьбы. — Вы не посмеете. — Посмею. — Братья не позволят. — Братья сделают, что я скажу. Он подошёл к ней. Взял за подбородок. Пальцы были грубыми, с жёсткой кожей — пальцы человека, который держал пистолет чаще, чем ручку. — Джульетта, — сказал он. Он

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кормление — когда жертвуешь.

— А ты?

— Я делаю и то, и другое.

Лука усмехнулся. Взял вилку.

Винченцо сидел с Аей. Мария спала на руках.

— Ты устал? — спросила Ая.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он посмотрел на дочь. — Но это приятная усталость.

— От чего?

— От счастья.

Ая поцеловала его.

Микеле держал Антонио-младшего на руках. Виолетта поправляла одеяло.

— Он похож на тебя, — сказала она.

— На тебя.

— На нас.

— На Корлеоне.

Мальчик открыл глаза. Посмотрел на Микеле. Улыбнулся.

— Он улыбнулся, — сказал Микеле.

— Это газы.

— Это любовь.

— Газы.

— Любовь.

— Спорим?

— Не сейчас.

Виолетта усмехнулась.

Джульетта смотрела на всех.

— Ты что-то ищешь? — спросил Лоренцо.

— Нет. Смотрю.

— На что?

— На семью.

— Красивая?

— Очень.

— Ты счастлива?

— Да.

— Правда?

— Правда.

— Я люблю тебя.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Лоренцо.

Она поцеловала его.

Дон покачал головой.

— Вы невыносимы, — сказал он.

— Знаем, — ответила Джульетта.

— Ешьте.

Они взяли вилки.

После ужина все вышли на террасу.

Луна светила. Море шумело.

Маттео бегал по траве. Элеонора сидела на коленях у Сары. Мария спала. Марко смотрел на звёзды. Антонио-младший лежал в коляске.

— Ты счастлив? — спросила Джульетта Лоренцо.

— Да.

— Правда?

— Правда.

— Даже после того, как Маттео облил тебя супом?

— Не облил.

— Облил.

— Чуть-чуть.

— Это суп.

— Это любовь.

Она усмехнулась.

— Ты прав, — сказала она.

— Всегда прав.

— Не всегда.

— Сегодня — да.

Она поцеловала его.

— Пойдём в комнату, — сказала она.

— Зачем?

— Хочу лечь.

— Устала?

— Немного.

— От чего?

— От счастья.

Он усмехнулся.

— Пойдём.

Глава 32

Джульетта проснулась оттого, что её вырвало.

Она вскочила с кровати, даже не успев понять, что происходит. Толчок — и она уже бежала в ванную, босиком по холодному полу, одной рукой прижимая к груди простыню, другой закрывая рот.

Лоренцо проснулся от шума. Открыл глаза — её нет рядом. Услышал звук рвоты из ванной. Вскочил. Побежал.

Она стояла на коленях перед унитазом, трясясь всем телом. Её выворачивало наизнанку, хотя в желудке ничего не было — только желчь и пустота.

— Что с тобой? — спросил он, опускаясь рядом на колени.

— Не знаю, — ответила она, вытирая губы тыльной стороной ладони.

— Ты бледная.

— Я всегда бледная.

— Сейчас — больше. Губы белые.

— Это пройдёт.

— Когда?

— Не знаю, отстань.

Она попыталась встать. Ноги не слушались. Лоренцо поддержал её под локоть.

— Я позову Антонио, — сказал он.

— Не надо.

— Джульетта.

— Лоренцо, не надо. Это просто...

— Что?

— Не знаю. Еда? Нервы? Всё вместе.

— Ты не ела вчера ничего такого.

— Откуда ты знаешь?

— Мы ели одно и то же. Меня не тошнит.

— Значит, у меня слабый желудок.

— У тебя железный желудок. Ты ешь мою стряпню и не давишься.

Она усмехнулась. Сквозь слабость.

— Ты прав, — сказала она. — Но я не хочу к Антонио.