– Ну и с каких пор тебя волнует, что подумают люди?
– С тех пор, как я выступаю на сцене. Имидж – это все.
– Чепуха на постном масле, – отрезала Ася. – Ты сама себе тренд. Иначе вообще нечего делать на сцене.
– Легко тебе говорить, – пробормотала Ева неуверенно.
Ася легко укусила ее за макушку.
– Ты еще инстаграм заведи.
Адам вдруг закашлялся.
– Ясно все с вами, – вздохнула Ася, – заговорщики! Ева, ты папина дочка. Такая же выпендрежница.
– Смотри, что покажу, – захихикала Ева.
Она подтянула штанины своих длинных легких брюк и продемонстрировала носки в тонких кедах. Один красный, другой зеленый.
Ася беззвучно захохотала, чтобы не разбудить детей, но Степан недовольно пробормотал:
– Хватит болтать!
– А куда мы, собственно, едем? – заинтересовался Адам, когда машина въехала во двор просторного коттеджа. – Я бронировал гостиницу.
– Фарид Ашотович решил, что здесь вам будем удобнее, – отозвался Адгур, лихо паркуясь.
Ася быстро посмотрела на Мадину, ожидая нового взбрыка, но у несчастной женщины, кажется, не было больше сил. Свидание с родиной потрясло ее. Она вышла из машины, опираясь на плечо Димдима, втянула носом воздух, подняла руку, чтобы коснуться листиков лаврушки, посмотрела на обильные цветущие олеандры и зажмурилась. Ева обняла ее. Адам со спящим Степаном на руках смотрел на мать с беспокойством.
Из дома выплыла пожилая абхазка.
– Амина Ивановна, – представилась она, – помощница по хозяйству. Кто у нас тут такой сладкий?
– Это наш новый ребенок, – пояснила Ася, передавая ей слинг.
– Маруся.
– Мириам! – поправила Мадина.
Им пришлось тянуть бумажки из шляпы, чтобы выбрать имя. У дедушки тоже было полно предложений. Бедная Маруся еле увернулась от «Джаухарии».
Стемнело резко и быстро, и день, наконец, закончился. Мадина заявила, что не останется на ночь одна и забрала к себе Марусю и Степана. Димдим и Ева свалились в кровати, засыпая на лету.
Адам вышел во двор, слушая пронзительный стрекот цикад. Звезды казались яркими и низкими. Он набрал номер отца.
– Ты просто не мог остаться в стороне, да? – спросил он.
– Ну разумеется! Как мои внучки?
– И внук.
– Ну да, – голос отца стал прохладнее. – И он тоже.
Адам иногда задавался вопросом, существуют ли какие-нибудь курсы по перевоспитанию родителей.
– У нас все нормально.
– Твоя мать?
– Потрясена, – коротко ответил Адам.
– Да потому что вообще не надо было туда ехать! – вспылил отец. – Я сто раз говорил об этом твоей сумасшедшей женушке! Такие потрясения вредны Мадине – в ее-то возрасте.
– А твои вопли, разумеется, полезны.
– Давай я приеду, – предложил отец, как всегда игнорируя все, что ему приходилось не по душе.
– Перестань. Тут и без тебя полный дурдом.
– А что? Я мог бы взять мальчика на рыбалку.
Адам невольно засмеялся.






