И правда. Пахло от меня далеко не розами, кожа зудела, волосы превратились в грязные сосульки, а медицинский модуль ограничился лишь тем, что опрыскал меня холодной водой напоследок. Для полноценной гигиены этого было явно недостаточно. Ну да и фиг с ним. Где тут у них уборная?
Как оказалось, в лазарете было предусмотрено сервисное обслуживание, поэтому я спокойно вымылся, привел себя в порядок, заодно вдосталь напился. Ну а когда надел чистую форму и вышел, в соседнем кабинете меня уже ждал обильный завтрак, так что и голод я утолил, сдержанно поблагодарив доктора за заботу.
После этого он загнал меня в уже знакомое «стоматологическое» кресло и почти половину рэйна что-то там колдовал над приборами. Ну а когда закончил, то со вздохом убрал диагностическое заклинание и ободряюще мне подмигнул.
— Полный порядок. Были опасения, что после такой экстремальной нагрузки у тебя возникнут проблемы, но ты справился. Аура ровная, дар стабилен и не только не потерял, но даже немного набрал по параметрам — отсутствие блокировки явно пошло ему на пользу. Ты улучшил свой потенциал на целых двенадцать процентов! Так что неприятных последствий эта ситуация иметь не будет.
Да ну?
Я пристально посмотрел на воодушевленного эскулапа.
— Уже завтра ты сможешь приступить к занятиям, — как ни в чем не бывало продолжил он, прямо-таки бурля нездоровым энтузиазмом. — Пока только к теоретическим, конечно, но всего день-другой, и, я уверен, ты быстро пойдешь в рост. Знаешь, может, оно даже и к лучшему, что так получилось. Как показывает практика, иногда стресс идет нам на пользу…
Он наконец заметил мой тяжелый взгляд и осекся.
Я же просто сидел и молча смотрел на этого человека, который всего одним росчерком пера под фальшивым заключением обрек меня на этот, как он выразился, «стресс». И вот сейчас он делал вид, что все в порядке, прятал свою нервозность за многословными речами, пытался убедить себя, что ничего страшного не произошло, и делал все, чтобы показать, как же он рад моему возвращению.
— Адрэа, с тобой все в порядке? — тревожно замер доктор, когда понял, что что-то не так.
— Мой браслет у вас? — спокойно осведомился я, глядя ему прямо в глаза. Был почти уверен, что он сейчас занервничает еще больше, пойдет в отказ или начнет делать вид, что не понимает, о чем я. Однако лэн Нортэн лишь вздрогнул. Опустил глаза. А потом очень-очень тихо признался:
— Нет. Новый директор забрал в качестве улики.
— Интересно, что после этого вы все еще работаете на прежнем месте. Неужели вам не предъявили обвинение в подлоге и фальсификации данных?
— Адрэа… — дернулся, как от пощечины, он, а потом вдруг поднял на меня полный муки взгляд. Понял, похоже, что мне известно, чья подпись стояла под документами.






