Вы же знаете, мы с Валидом всегда рады вас видеть здесь, — улыбаюсь в ответ и отступаю в коридор: — Простите, мне нужно позвонить Валиду. Предупредить его, чтобы не задерживался.
Практически сбегаю в ванную, запираю защелку дрожащими пальцами. От нервов даже не сразу попадаю по кнопкам вызова.
К счастью, Валид хотя бы берет трубку почти сразу.
— Что случилось?
— Твои родители здесь! — выпаливаю в панике. — Что мне делать? Твоя мама сказала, что они погостят у нас несколько дней. Но они же тогда всё узнают!
Слышу, как Рудзиев ругается.
— Твою же… я же говорил им предупреждать!
Он размышляет несколько секунд и наконец говорит:
— Ладно, буду через двадцать минут, постараюсь быстрее. Скажи им, что я скоро приеду.
— Валид…
— Что еще?
— Они спрашивают… всякое про нашу совместную жизнь… Я не знаю, что отвечать.
— Импровизируй. Ты же умная девочка, справишься.
Валид отключается. Умная девочка⁈ Будто я маленький ребенок, которого можно похвалить за хорошее поведение и тут же забыть о его существовании.
Умываюсь холодной водой, пытаясь привести себя в порядок, лишь после этого выхожу из ванной и возвращаюсь в гостиную. Родители Валида сидят на диване, о чем-то тихо переговариваясь между собой, но при моем появлении тут же смолкают.
— Валид скоро будет, — сообщаю я, присаживаясь в кресло напротив них. — Он сказал, что уже выехал из офиса.
— Вот и хорошо, — кивает мама Зайнаб, внимательно меня разглядывая. — А пока расскажи нам, как вы живете? Валид хорошо о тебе заботится? Внимательный муж?
— Да, конечно. Он очень… внимательный и заботливый.
Слова застревают в горле комом. Внимательный муж, который две недели даже не переступал порог собственной квартиры…
Я стараюсь поддерживать беседу, рассказываю об учебе как можно дольше, но Зайнаб, кажется, интересует совсем другое.
— Ты молодец, Асия, усердно учишься. А с Валидом у вас какие планы? Скоро планируете деток?
Я краснею от ее вопроса до корней волос, и Таир, видя мое смущение, спешит заступиться:
— Зайнаб, душа моя, ну что ты смущаешь Асию? Они сами решат, когда порадовать нас внуками.
Сжавшись, я ерзаю в кресле, не зная, как смотреть в глаза этим людям. Они надеются на внуков, а я обманываю их и лгу, глядя в глаза. За это становится нестерпимо стыдно.
В прихожей слышится хлопок двери, и я облегченно выдыхаю, когда в гостиной спустя несколько мгновений появляется Валид.
— Мама, папа! Какой приятный сюрприз!
Он обнимает мать, пожимает руку отцу. Потом подходит ко мне, и я замираю, глядя снизу вверх на до боли родного и бесконечно чужого одновременно мужа.
— Привет, милая.
Валид целует меня в щеку, будто делал так сотни раз, садится рядом и обнимает за плечи. От смущения я не поднимаю глаз. Что особенно приятно, от Рудзиева пахнет только одеколоном и немного сигаретами.






