Приходится обнять ее за плечи, притянуть ближе. Она сразу же замирает, будто в статую превращается.
— И все-таки Асия совсем худенькая стала, — замечает мать, окидывая невестку критическим взглядом. — Валид, ты ее вообще кормишь? Или только работой занимаешься?
— Мама, она взрослый человек. Сама может о себе позаботиться.
— Ой, какой заботливый муж нашелся, — иронизирует Зайнаб-ханум. — Лучше бери пример со своего отца! Он в первый год брака…
Асия вдруг кладет руку мне на колено. Жест неожиданный, для нее так вообще слишком интимный, и от него все мысли вылетают из головы. Я смотрю на нее ошарашенно, но Асия мило улыбается моим родителям.
— Валид очень заботливый, — возражает она мягко, но уверенно. — Просто не любит это показывать на людях. Он из тех мужчин, которые делают, а не говорят.
Смутно понимаю смысл сказанного, потому что думаю только о том, что ее ручка все еще остается на моем колене. Горячая даже через плотную ткань брюк, и я не могу никак ее игнорировать.
Вечером, когда возвращаемся домой, мать откуда-то из недр своего чемодана достает семейный альбом. Я невольно закатываю глаза. Мама вообще любительница повспоминать прошлое, сидя за фотоальбомом, особенно с гостями, а тут невестка. В этот раз она точно не упустит случай и обо всех родственниках расскажет.
Асия садится между мной и матерью на диван, и я, пользуясь случаем, обнимаю ее за талию. Тонкая такая, хрупкая, хочется сжать сильнее, притянуть ближе, но сдерживаюсь.
— Смотри, это Валид в десять лет на соревнованиях по самбо, — показывает мама старую фотографию. — Первое место занял тогда.
— Такой серьезный, — улыбается Асия, разглядывая снимок. — И взгляд уже как у взрослого.
— Он всегда серьезный был. Я уж думала, не женится никогда. Всё работа да работа.
— Мам, — предупреждающе говорю я.
— Что «мам»? Правду говорю. Три года с той русской встречался, думала, всё пропало. Вся семья расстроена была. А потом вдруг бац! И женится на тебе, Асия. Ну какая радость! Еще и из такой уважаемой семьи девочка!
Чувствую, как Асия напрягается в моих объятиях. Очевидно, что упоминание имени моей любовницы ей совсем не нравится.
— Всё в прошлом, мам, давай закроем тему, — обрубаю тут же жестко.
Ночью лежим на разных сторонах кровати, но расстояние между нами кажется меньше, чем вчера. Или мне просто хочется, чтобы оно было меньше?
— Валид? — зовет вдруг Асия тихо.
— Что?
— Спасибо. За сегодня. За то, что терпишь всё это.
— За что конкретно?
— За то, что… ну, играешь эту роль. Знаю, тебе неприятно изображать моего мужа.
Неприятно? Если бы она только знала, как меня ломает от желания придвинуться ближе, обнять ее, вдохнуть запах ее волос.
Я массирую веки и устало отрезаю:
— Спи, Асия.
Воскресенье тянется бесконечной чередой семейных активностей.






