ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Асия вышла замуж по расчёту — отец убедил её, что Валид Рудзиев станет надёжной защитой. Но брачную ночь она проводит в гостевой комнате, затыкая уши, пока муж занят с любовницей в соседней. Фиктивный... Валид. Вторая жена Оксана Барских Асия вышла замуж по расчёту — отец убедил её, что Валид Рудзиев станет надёжной защитой. Но брачную ночь она проводит в гостевой комнате, затыкая уши, пока муж занят с любовницей в соседней. Фиктивный... Глава 1 Моя брачная ночь начинается со стонов из соседней комнаты. Не гостевой, а хозяйской. Я закрываю уши руками и пытаюсь не вслушиваться в чужие голоса — один мужской и один женский. И если второй мне незнаком, то первый я смогу различить даже в толпе. Валид Рудзиев. Уже двенадцать часов как мой муж. Мне бы встать и дать ему знать, что они не одни в квартире, но я будто приколоченная продолжаю лежать и укрываться одеялом по самую макушку. В надежде, что всё закончится, и я смогу уснуть. — Ва-а-алид, — раздается громкий протяжный стон, и я зажмуриваюсь. Сама не замечаю, как прикусываю кулак, но боль не отрезвляет. Я продолжаю беззвучно плакать. Не знаю, сколько проходит времени, но в какой-то момент в спальне утихает шум. Сначала становится тихо, а затем повторно скрипит кровать. На этот раз не бьется о стену. Просто кто-то встает с нее и идет к выходу. Я же вся замираю и прикусываю губу. Боюсь, что мое присутствие заметят. Ведь меня здесь быть не должно. И я не знаю, как после услышанного сказать Валиду, что я не в доме его родителей, как

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Приходится обнять ее за плечи, притянуть ближе. Она сразу же замирает, будто в статую превращается.

— И все-таки Асия совсем худенькая стала, — замечает мать, окидывая невестку критическим взглядом. — Валид, ты ее вообще кормишь? Или только работой занимаешься?

— Мама, она взрослый человек. Сама может о себе позаботиться.

— Ой, какой заботливый муж нашелся, — иронизирует Зайнаб-ханум. — Лучше бери пример со своего отца! Он в первый год брака…

Асия вдруг кладет руку мне на колено. Жест неожиданный, для нее так вообще слишком интимный, и от него все мысли вылетают из головы. Я смотрю на нее ошарашенно, но Асия мило улыбается моим родителям.

— Валид очень заботливый, — возражает она мягко, но уверенно. — Просто не любит это показывать на людях. Он из тех мужчин, которые делают, а не говорят.

Смутно понимаю смысл сказанного, потому что думаю только о том, что ее ручка все еще остается на моем колене. Горячая даже через плотную ткань брюк, и я не могу никак ее игнорировать.

Вечером, когда возвращаемся домой, мать откуда-то из недр своего чемодана достает семейный альбом. Я невольно закатываю глаза. Мама вообще любительница повспоминать прошлое, сидя за фотоальбомом, особенно с гостями, а тут невестка. В этот раз она точно не упустит случай и обо всех родственниках расскажет.

Асия садится между мной и матерью на диван, и я, пользуясь случаем, обнимаю ее за талию. Тонкая такая, хрупкая, хочется сжать сильнее, притянуть ближе, но сдерживаюсь.

— Смотри, это Валид в десять лет на соревнованиях по самбо, — показывает мама старую фотографию. — Первое место занял тогда.

— Такой серьезный, — улыбается Асия, разглядывая снимок. — И взгляд уже как у взрослого.

— Он всегда серьезный был. Я уж думала, не женится никогда. Всё работа да работа.

— Мам, — предупреждающе говорю я.

— Что «мам»? Правду говорю. Три года с той русской встречался, думала, всё пропало. Вся семья расстроена была. А потом вдруг бац! И женится на тебе, Асия. Ну какая радость! Еще и из такой уважаемой семьи девочка!

Чувствую, как Асия напрягается в моих объятиях. Очевидно, что упоминание имени моей любовницы ей совсем не нравится.

— Всё в прошлом, мам, давай закроем тему, — обрубаю тут же жестко.

Ночью лежим на разных сторонах кровати, но расстояние между нами кажется меньше, чем вчера. Или мне просто хочется, чтобы оно было меньше?

— Валид? — зовет вдруг Асия тихо.

— Что?

— Спасибо. За сегодня. За то, что терпишь всё это.

— За что конкретно?

— За то, что… ну, играешь эту роль. Знаю, тебе неприятно изображать моего мужа.

Неприятно? Если бы она только знала, как меня ломает от желания придвинуться ближе, обнять ее, вдохнуть запах ее волос.

Я массирую веки и устало отрезаю:

— Спи, Асия.

Воскресенье тянется бесконечной чередой семейных активностей.