Снова прогулки, рестораны, бесконечные разговоры и расспросы. И всё время приходится касаться собственной жены. Держать за руку, обнимать за талию, сидеть так близко, что чувствуешь ее дыхание. К вечеру я на пределе своего самоконтроля.
Когда родители наконец уходят спать, практически сбегаю на балкон покурить. Никотин хоть немного расслабляет, но тут дверь на балкон тихо открывается. Асия выглядывает, кутаясь в накидку. Явно хочет поговорить, иначе бы даже не посмела подойти сама ближе.
— Я мешаю? — спрашивает она робко.
— Нет. Заходи.
Асия встает рядом, опирается о перила и чуть подается вперед, рассматривая ночной город. Блик Луны слабо освещает ее профиль, и я зависаю, разглядывая его.
— Красиво здесь, — говорит тихо и резко переводит тему, будто боится передумать. — Твои родители уже завтра уезжают?
— Да, после завтрака. Отец не любит задерживаться, у него дела.
— И всё станет как раньше… — голос Асии звучит странно, не могу разобрать, с грустью или облегчением.
— Да. Как раньше, — подтверждаю, хотя уже понимаю, что теперь игнорировать существование собственной жены кажется невыполнимой задачей. Эти два дня что-то необратимо сломали. Или починили? Черт его знает.
Понедельник начинается с долгих прощаний. Родители уезжают после позднего завтрака, мы, как идеальная пара, провожаем их, обнимая у порога.
— Береги ее, сынок, — говорит отец, крепко пожимая мне руку. — Такие жены на дороге не валяются.
— Конечно, папа.
Дверь закрывается с тихим щелчком. Мы остаемся одни в звенящей тишине квартиры, и Асия будто сразу отстраняется. Никакого тепла.
— Ну вот и всё, — говорит она тихо, не глядя на меня. — Можешь возвращаться к своей обычной жизни. К работе, к… к Виктории.
Она разворачивается и быстро уходит в спальню, почти сбегает. Я провожаю ее взглядом и сам не знаю, что делать. Чувствую себя, как последний идиот.
На работе не могу сосредоточиться ни на чем. Документы плывут перед глазами, цифры не складываются в голове. Все мысли возвращаются к Асие. К тому, как она спала у меня на плече, доверчиво прижавшись. Как держала руку на моем колене, защищая меня перед родителями. В голове постоянно крутится то ее образ, то ее запах…
— Валид?
Поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с Викой. Так задумался, что даже не заметил, как она вошла в кабинет.
Равнодушно окинув упакованную в тесное платье фигуру взглядом, я сухо спрашиваю:
— Что тебе нужно?
— Ты игнорируешь меня уже больше недели. Давай хотя бы пообедаем вместе? Поговорим, обсудим наши отношения…
— Нет.
— Валид, что происходит? — она подходит ближе, садится на край моего стола. Привычный жест, который раньше заводил, а теперь вызывает глухое раздражение. — Это всё из-за нее? Из-за твоей жены?
— Вика, не начинай.






