ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мэдди Грейнджер уверена, что публичное унижение в прямом эфире — дно. Но мама ставит новый рекорд: Рождество нужно провести с семьёй бывшего парня, который привезёт новую невесту. Единственный способ... Сезонная интрига Кэти Бейли Мэдди Грейнджер уверена, что публичное унижение в прямом эфире — дно. Но мама ставит новый рекорд: Рождество нужно провести с семьёй бывшего парня, который привезёт новую невесту. Единственный способ... Глава 1 Глава 2 АННОТАЦИЯ Праздник – время для реванша… Когда бывший парень Мэдди Грейнджер, бросает её в прямом эфире на глазах у всего мира, она думает, что хуже уже некуда. Но потом родители сообщают, что собираются провести праздники с семьёй её бывшего… а он привезёт с собой новую избранницу – ту самую, ради которой бросил ее. Единственное, чего Мэдди хочет на Рождество, – это проучить изменщика. Но как? И тут на сцену выходит Себастиан Слейтер – игрок НХЛ. Во время пьяной ночи в Вегасе Мэдди шутя предлагает звёздному хоккеисту притвориться её новым парнем… Но Себ потрясает её встречным предложением: он не просто хочет быть её парнем на праздники… он хочет жениться на ней. Отправиться в дом бывшего в одиночестве или появиться там с неожиданным мужем-хоккеистом? Выбор очевиден. Ведь, возможно, месть – это блюдо, которое лучше всего подать… окольцованным. Искры летят, рождественская магия витает в воздухе, а этот праздничный роман о фиктивном браке, обещает заряд веселья и романтики. «Сезонная интрига» – лёгкая романтическая история с закрытыми дв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он делает паузу.

– Алисия вроде говорила, ты канадец?

Я киваю, сдерживая порыв отвести взгляд от его испытующего взгляда.

– Роджер помогает мне с вопросами по грин-карте и контракту с «Циклонами».

– Понятно, – по какой-то причине его «понятно» прозвучало глухо, и воздух в лифте стал ощутимо плотнее.

Наконец двери открываются, и мы выходим в роскошное мраморное лобби с окнами в пол, откуда открывается такой вид на город, что мои окна в квартире кажутся щелями в подвале. Повсюду ходят идеально одетые люди, звонят телефоны, в воздухе гул деловой суеты. А между мной и Ричардом гнетущая тишина.

– Было приятно тебя увидеть, сынок, – почему-то от этого «сынок» я внутренне вздрагиваю. Но ведь я буквально его зять. – Береги себя.

– И вы тоже.

Мистер Грейнджер вновь пожимает мне руку и уходит. Я провожаю его взглядом, чувствуя, что как будто сказал что-то лишнее.

В домике мы почти не общались. Я вообще не припомню ни одного разговора с ним один на один. Я был уверен, что трудным родителем будет её мать, та и не скрывала своего презрения к дочери. Но в манере Ричарда, в его цепком взгляде было что-то, что заставило меня насторожиться.

Впрочем, времени на размышления нет. Как только я сообщаю секретарю, что пришёл к Роджеру, меня сразу проводят в просторный кабинет. За массивным столом из сосны, заваленным бумагами, сидит сам Роджер Делани – с тем самым суровым лицом, с которым я его и запомнил.

– Мистер Слейтер. Надеюсь, вы хорошо провели праздники, – уголок его губ чуть дрогнул, но улыбкой это не назовёшь. Я уже собираюсь ответить, как он сразу переходит к делу. – Ваши документы поданы, и мы переходим к следующему этапу.

Я моргаю, ошеломлённый:

– Серьёзно? Уже?

Он цокает языком, разбирая завалы на столе.

– Видимо, кто-то в иммиграционном ведомстве фанат хоккея. Вам назначили собеседование по грин-карте, – он бросает на меня многозначительный взгляд. – Совместное.

– Ага. Конечно, – я чешу затылок, ощущая, как напряжение наполняет комнату.

Роджер опирается локтями на стол и смотрит на меня в упор.

– На этом интервью вам с мисс Грейнджер предстоит убедить офицера миграционной службы, что вы действительно муж и жена.

– А мы ими и являемся – говорю я.

Он кивает, но жёстко.

– Да. Так и есть, – затем бросает на меня взгляд, который говорит больше любых слов. – Но, если офицер заподозрит хоть что-то, я обязан вас предупредить последствия могут быть серьёзными. Раздельные допросы. Углублённые проверки. Обвинение в мошенничестве…

Он замолкает, пристально глядя мне в лицо. А я сжимаю челюсть. Понятно, к чему он клонит: он сомневается. Сказать прямо не может, но пытается убедиться, что я понимаю, чем может обернуться вся эта история.

– Я всё понимаю, – говорю я.

Он делает долгую паузу.