И тут, как в слезливом романтическом кино, меня неожиданно дёргает неведомым электрическим разрядом – даже волоски на руке поднимаются.
Он это тоже, кстати, замечает.
– Я уже знаю ваше имя. Вы же Артур Рохманов.
Парень смотрит на меня с высоты своего огромного роста, и его глаза вдруг темнеют.
– Ну, конечно, ты знаешь, кто я. Теперь пришло время выяснить, кто ты, Оксана Хацкевич.
Глава 5. Артур
– Зачем, – испуганно оглядывается по сторонам, словно ища защиты, – зачем вам это делать? Всё никак не могу понять: то ли она грёбаная актриса, то ли невинная овечка, которая даже не подозревает, что, благодаря причуде немощного старика, стала одной из самых богатых людей в стране. – На тебе лица нет, – игнорируя вопрос, поворачиваюсь к выходу. – Я подвезу тебя до дома. – Не стоит. Я доберусь на автобусе. – Это был не вопрос. Пойдём. Трясётся как запуганный заяц. Ладно хоть, зубами не стучит от страха. Неужели, выяснив, кто я, стала бояться за своё многомиллионное состояние? Ну так, девочка, это только начало. Если Оксана в самом деле обманным путём заставила Павла переделать завещание и сейчас боится расправы, то её поведение вполне оправдано. – Введи в навигатор свой адрес, – завожу мотор. – Да, конечно. Спасибо вам большое. – У нас с тобой не такая большая разница в возрасте. Давай на ты? – Хорошо, – смущённо отводит взгляд в сторону. – Прости. – Так из-за чего ты нервничаешь? – Это все публичные выступления. Я очень боюсь их. Кладёт руки на колени, нервно сжимая подол юбки. Остановившись на светофоре, я начинаю пялиться на её стройные ножки. Горячая девочка. Пока наблюдал за ней там на трибуне, член нещадно так ширинку поджимал. Глядишь, может, мы и поладим, и к вечеру она окажется повёрнутой ко мне попой с трусами на щиколотках. – Скажи, Оксан, что бы ты сделала, если бы выиграла в лотерею огромное состояние? – Забавный вопрос, – слегка усмехается. Как заворожённый пялюсь на её ротик. При других обстоятельствах я бы поддался порыву: примкнул бы к её манящим губам и направил своё накопившееся раздражение в более продуктивное русло. Но прежде, чем я уложу эту цыпу под себя, мне нужно выяснить её мотивы. – Знаешь, если бы ты спросил мою маму, то она не задумываясь бы отказалась от денег. Потому что считает, что счастье невозможно купить. А если бы от выигрыша нельзя было отказаться, то она раздала бы всё до последней копейки бедным и нуждающимся. – А что сделала бы ты? – Хочешь честный ответ? – Другого не приму. – Я бы попросила журналистов напечатать моё фото и новость о выигрыше во всех газетах и журналах, чтобы, как это обычно бывает в таких ситуациях, у меня чудом объявились многочисленные потерянные лже-родственники, и мне больше не пришлось бы одной справляться с закидонами моей матери.






