ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Бывшие Амина Асхадова Эля потеряла мужа и почти потеряла себя — до той осенней встречи, когда в толпе её окликнул голос из прошлого. Артур Шахов, первый и единственный, перед которым она когда-то бежала без оглядки. Теперь... Пролог Стояла глубокая ночь. Всеми фибрами души я чувствовала, насколько сильно Артур был разъярен, потому что я вновь сбежала от него. Как и тогда, много лет назад. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда его черный внедорожник выплыл из леса подобно зверю и ослепил меня яркими прожекторами. Мы оба замерли. Я – по колено в снегу, а он – сидя в машине. Шахов притаился и ждал, что я вновь побегу, но я застыла на месте, находясь вне себя от злости и оцепенения. Мне было невыносимо от правды, которую я узнала, но еще хлеще было от того, как нарочито медленно Артур выходил из машины и приближался ко мне. – Выходи из сугробов, Эля. Ты простудишься, а тебе еще рожать. Если я побегу, он не побежит следом. Шахов просто сядет в машину и настигнет меня в два счета, переехав по чищенной дороге на другую сторону поля. Да и куда мне здесь бежать? Вместо слов Артур хватает меня за руку и с легкостью вытягивает на дорогу из моего снежного укрытия, куда я провалилась, скрываясь от него. Шахов принимается заботливо отряхивать мою одежду от снега. А что он сдела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И если бы я снова не ушла в себя, я бы задумалась: как ему может быть жаль, если много лет назад Артур не оставил живого места на Олеге? Как Шахову может быть жаль после того, что произошло в нашем треугольнике? Пять лет назад Артур пощадил только меня.

Он не знал, но уже тогда я была беременна. От него.

Глава 3

Артур

Нашу встречу я представлял иначе. В других красках.

Но вместо этого я увидел ее такую… сломленную, и оттого внутри меня тоже что-то надломилось. Разве Эля любила своего мужа так сильно, чтобы сходить с ума от потери? Чтобы не узнать меня в нашу первую за столько лет встречу?!

Возле ресторана я схватил ее за локоть, а у самого руки в кулаки сжимались от боли, которая была написана в ее глазах. Наверное, мои прикосновения были ей непривычны, но без них я бы просто не прожил, мне до чертиков хотелось коснуться Эли.

Она все так же нежна. Все так же взволнованна и трепетна.

Казалось, что только меня в этой жизни болтало от прошлого, которое не давало двигаться вперед. Эля же была впереди. У нее все было хорошо.

Я был глуп, когда думал, что наша встреча пройдет легко. Ни черта подобного: меня до сих пор штормило, а от одного взгляда в ее глубокие большие глаза меня раздирало от боли – сколько лет мы потеряли? Сколько?!

Хотелось прижать ее к себе до хруста костей, но едва ли Эля поймет меня.

По крайней мере сейчас, ведь на ее будущее у меня есть планы.

Я прилетел в Россию, чтобы начать жить с чистого листа. Сейчас я понимаю, как было глупо начинать все с чистого листа в городе забытых грехов. В городе, где живет она .

Эля все так же красива, словно и не было долгих лет разлуки, и вот я снова влип в это дерьмо. Я думал, что мне будет все равно, ведь нашу первую встречу я уже представлял, и не один раз. Представлял, как я буду смотреть на нее сверху вниз, а в моих глазах будут лишь холод и надменность, только вышло все наоборот – это я ловил равнодушие в ее холодных глазах.

Казалось, потеря мужа сломила ее, а я от этой новости не испытал ровным счетом ничего. Ее мужа я знал и ровно столько же ненавидел.

Как сейчас помню, в тот день она сделала свой выбор. Эля выбрала не меня, потому что во мне она видела мажора и прожигателя жизни, а в Олеге Бестужеве… в нем она видела семьянина. Она таких искала – надежных, верных, постоянных, а на меня, обычного любительского бойца никогда не смотрела. И неважны ей были мои признания в любви, она им не верила:

– Сегодня ты мне это говоришь, а завтра другой скажешь, – прошептала Эля однажды, оставив поцелуй на моей щеке, и ушла.

Несмотря на ее недоверие, наши отношения начали зарождаться. И продлились они ни много ни мало год.

Эля росла в детдоме, но эта жизнь ничуть не сломила ее. Она болела синдромом отличницы, стремилась к лучшей жизни и поступлению в столичный вуз.