Персонал был готов принять версию о дилетантах-любителях, которые, возможно, могут неожиданно ворваться, размахивая оружие и вопя: “Всем поднять руки!” — или же начнут подсовывать записки кассирам с требованием положить деньги в брезентовую сумку, или нечто в этом роде. Но никто не был готов нападению грабителей с интеллектом.
— Второе! Никто в клубе “Какаду”, от менеджера до уборщицы, не имел ни малейшего
представления, что делать, если случится профессиональное ограбление на самом деле. Не было мобилизационного плана и вообще никаких наметок действий на сей счет. Как результат вышеизложенного, поиски грабителей были предприняты крайне ограниченным числом сотрудников, не имеющих соответствующего опыта, которые действовали на свой страх и риск безо всяких инструкций. Только спустя целых пять часов после случившегося менеджер наконец додумался позвонить главе местной организации мафии для более существенной помощи. Но было уже поздно... слишком поздно! Если бы звонок был сделан сразу, то уже через полчаса на “хвосте” грабителей оказалось бы пятьдесят опытных вооруженных спецов.
— Третье! Никто в клубе “Какаду”, от менеджера до уборщицы, и не оказал существенного сопротивления вооруженным грабителям. Их отношение, по-видимому, было следующим:
“У мафии, мол, достаточно денег, чтобы с лихвой покрыть убытки от одного, а то и двух ограблений, поэтому нет смысла рисковать
жизнью”.
— Четвертое! Все сотрудники клуба “Какаду” ведут себя так, словно состоят в штате заурядной, вполне законной корпорации, а не отлучены от общества, что и должно главным образом определять их поведение...
Бронсон уже не слушал, но на всякий случай кивнул.
Куилл разжал загнутые четыре пальца.
— Вот вам четыре фактора, сыгравшие роковую роль в том, что случилось с клубом, — резюмировал он. — Они не думали, что будут ограблены, они не думали, что будут делать в случае нападения грабителей, никто из них не желал рисковать — быть застреленным ради защиты денег организации, и никто из них не считает себя преступником. Вот, если быть кратким, основные причины...
— Притормози — Бронсон, в свою очередь, вытянул руку, словно коп-регулировщик. — Что ты имеешь в виду, говоря, что пострадавшие не считают себя преступниками?
— Они зарабатывают на жизнь. У них есть работодатель, они платят налоги, подпадают под законы, обеспечивающие социальные права и защиту, являются владельцами домов, автомобилей и официально зарегистрированы как служащие.






