Крыша башни протекала, дождь заливал пол, пропитанный влагой и напоминавший от этого черное блестящее зеркало, Дамон мельком заметил в луже отражение своего измученного лица. Проход освещали толстые черные свечи, укрепленные
в черепках, горевшие ровно, не оставляя ни копоти, ни потеков воска.
– Магия… – прошептал бывший рыцарь.
Окна в помещении отсутствовали, но воздух был приятным и свежим. Высоко на потолке виднелись остатки росписи или мозаики, изображавшей людей в черных мантиях, совершавших некие ритуальные действия.
– Что мы собираемся здесь делать? – поинтересовался драконид. – Ты сам сказал, что твоя целительница не может…
– Я и сам не знаю, – признался Грозный Волк. – Но раз уж мы оказались в башне, нужно осмотреть ее. Я чувствую, здесь что-то есть.
На всякий случай он вытащил меч и пошел направо мимо деревянной двери. Дамону казалось, что с площадки виден конец коридора, но в действительности проход резко свернул влево и снова изогнулся обратно, словно бы сложившись пополам. Вдоль стен располагались двери разного размера, цвета и отделки: и совсем ветхие, которые были прикрыты лишь наполовину, и довольно крепкие.
Грозный
Волк остановился возле впечатляющей двери красного дерева, отделанной бронзой и камнями, сверкавшими в свете черных свечей. Он потянулся к ручке, но остановился и прислушался к своим ощущениям – что-то необъяснимое настораживало и пугало… Дамон развернулся к узкой двери напротив, потрескавшаяся краска которой напоминала черную чешую.
– Там кто-то есть. Я чувствую запах, – прошептал Грозный Волк.
Он потянул дверь, слегка дрожа от волнения. Рядом стоял Рагх, выпустив когти. В мертвой тишине слышалось только их собственное дыхание и биение сердец.
Дамон занес меч и шагнул в глухую, как беззвездное небо, черноту. Даже зрение, обостренное чешуйкой Малис, не могло ничего различить. Драконид отступил назад, тихо стуча когтями по полу. Мгновение спустя он вернулся со свечой, которая только чуть-чуть рассеяла темноту. Грозный Волк пошел внутрь, а Рагх остался стоять у входа, попеременно поглядывая то в коридор, то в комнату.
Неподвижный холодный воздух наполняли ароматы весенних полевых цветов, к которым примешивались и другие запахи: старой одежды, отбросов, крепкого спиртного, который нельзя
было перепутать ни с чем другим, а еще мелких животных – мышей или крыс.
– Смелее, молодой человек. Входи. Входи. У нас с сестрой давно не было гостей.
Дамон остолбенел, собираясь с мыслями. Голос, несущийся из пустоты, был бархатным, густым и… нетрезвым.
– Кто ты? – осмелился задать вопрос Грозный Волк, желая при этом добавить: «Где ты и что собой представляешь?» – но не решился.
– Мы тебе не враги.
Дамон убрал меч, на ощупь пробираясь вперед.






