Акцент выдавал в говорившей жительницу Эргота. Девушка расположилась в изголовье лежанки и положила руку на лоб Дамона; тонкие пальцы второй руки гладили его щеку, выводя невидимые узоры.
– Возможно, ты слишком стара для него, Эльс. Похоже, он предпочитает более молодых женщин, не таких обвисших.
Эльсбет злобно зашипела и со вздохом, изображающим оскорбленные чувства, мотнула, головой, так что светлые волосы рассыпались по плечам.
– Зато, Атлас, я намного искусней в делах любви. А мне ведь только двадцать, ты же знаешь.
Длинноногая девица расхохоталась – ее смех был похож на перезвон ветряных курантов.
– Двадцать? Эльс, ты шутишь? Разве если считать возраст по мерке жизни собак. Да ты сказала «прощай» тридцатилетию много месяцев назад!
На этом препирания закончились. Женщины, посмеиваясь, ласкали Дамона. Каждая со своей стороны тянула его за рукав. Наконец после долгих усилий рубаха полетела па пол.
– Вот это мускулы! – восхищенно произнесла Атлас. Смуглая рука скользнула по груди Грозного
Волка вниз к животу и наткнулась на красный рубец с неровными краями.
– Это ты оцениваешь мужчин по зубам, Эльс. А я… Я всегда ценю в мужчине мускулы. Даже если мужчина немного отощавший.
Атлас наклонилась к Дамону и зашептала что-то ему на ухо. Лицо Грозного Волка на миг озарилось улыбкой, но тут же вновь превратилось в невозмутимую маску.
Эльсбет тем временем разглядывала шрам на его щеке.
– А как, ты сказал, тебя зовут, сладкий мой? Я не слишком хорошо запоминаю имена.
– Это все возраст, – не унималась Атлас. – Он так плохо влияет на память…
– Дамон Грозный Волк, – раздался глубокий голос из другого конца комнаты. – Его зовут, уважаемые леди, Дамон Эвран Грозный Волк. Победитель владык, истребитель потомков, охотник за сокровищами. В общем – выдающаяся личность. На всем Кринне вы не найдете более красивого прохвоста. Кроме меня, конечно.
Эти слова принадлежали человеку еще более мускулистому, чем Дамон, и почти семи футов ростом. Он растянулся на другой кровати, гораздо большей, которая, тем не менее, готова была в любой момент рухнуть под весом его тела и тел трех полураздетых женщин, крепко прильнувших к нему. Их бледная кожа резко выделялась на фоне бронзового загара силача.
Две девушки одновременно подались в сторону Грозного Волка, который приподнял голову, силясь осмыслить происходящее, и помахали ему; третья же продолжала перебирать густые каштановые волосы силача и покрывать поцелуями его широкоскулое лицо.
– А ты, сударь?… – наморщила лоб Эльсбет, проследив за
взглядом Дамона. – Твоего имени я тоже не припомню.
Силач пропустил вопрос мимо ушей и скрылся под простыней вместе со своими подружками.






