Пусть немедленно отзовет всех оперативников. Через двадцать минут выезжаем на резервную базу.
Улица Первомайская, Старый Петергоф. Вторник, 11.08. 1:25
– Это так рядом, – прошептала Мирдза прямо в ухо Чистильщика. – Не тянет зайти домой?
Чистильщик медленно провел ладонью по обнаженному телу молодой женщины. Мирдза упруго потянулась и тихо рассмеялась.
– Что, это стоило семи лет воздержания? – с улыбкой спросила она.
Чистильщик смущенно ухмыльнулся.
– А разве кто-то говорил о воздержании? – переспросил он.
Мирдза застыла в его руках, подобно стреле – упругая и трепещущая, готовая сорваться с тетивы к новой цели. Если, конечно, наслаждение можно назвать целью. Обиды в ее голосе не было ни на йоту.
– Никто. Но ты же понимаешь…
– Конечно, понимаю. Ну и что?
– Слушай, Вадим, ты или дурак, или святой.
– А какой вариант тебя больше устраивает?
– Ну-у, – задумчиво протянула Мирдза, – даже и не знаю. Скорее – ни один из этих.
– Увы, – тотчас же отозвался Чистильщик, – других предложить не могу.
Он осторожно,
но с силой помял упругие полушария ягодиц и медленно вернул ладонь через бедро и плоский живот к куполам грудей, ласково прищемил между пальцами темно-розовый сосок, сполз чуть ниже по сбитой постели, приник к нему губами.
– Дурачок, – простонала молодая женщина. – Ты можешь хоть о чем-то думать серьезно?
– Сейчас и здесь – нет, – прошептал Чистильщик, скользя языком по груди Мирдзы. «Где и когда бы я смог не думать о ситуации и раскладе сторон, – подумал он. – Боюсь, лишь смерть отучит меня от прагматики». Зарывшись лицом в подстриженные волосы внизу живота Мирдзы, лаская ее губами и языком, Чистильщик все равно не мог избавиться от анализа внешней обстановки, решал задачи стратегии и тактики. «Будь все проклято», – грустно подумал он.
Лишь погрузившись в тело молодой женщины, отдав ей всего себя без остатка, не прося ничего взамен, он смог наконец вырваться из этой реальности, перестать быть собой – выдержанным, точным и безошибочным. Простым боевым автоматом, нацеленным на не менее простое «гнать и не пущать».
Но в самый момент расслабления сработала сигнализация. Бросив извиняющийся взгляд Мирдзе, Чистильщик мгновенно запрыгнул в штаны, подхватил «Хеклер и Кох» и мгновенно оказался у входной двери.
И услышал знакомый голос внутри черепной коробки:
– Кажется, ты искал помощи? Она пришла.
– Твою мать, – прошептал вслух Чистильщик, – только тебя, Рустик, и не хватало.
Деревня Канаршино, Волосовский р-н. Ленинградская обл. Вторник, 11.08. 15:30
Они сидели вокруг гладко оструганного стола, стилизованного под
обычный деревенский, этак начала века. Народу было немного – пара аномалов и пяток спецназовцев.






