ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Каратель, Автор - Тропов Иван, Серия - Реквием Крамера [2], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Каратель Тропов Иван Каратель, Автор - Тропов Иван, Серия - Реквием Крамера [2], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 ПЛЕН Ослепительно-белые фары налетают и проносятся мимо, за ними сама машина, черный «мерин» с пурпурным отливом, потом снова фары… и снова… и снова… и снова… Длинная колонна из восьми одинаковых машин несется по шоссе. Сверху давят низкие тучи, рыжеватые от придорожных фонарей. Скорость далеко за сотню, но машины идут справа, по самому краю шоссе. Не притормаживая на перекрестках и съездах, не замечая светофоров, рискуя получить прокол на обочинах, полных битого стекла, и получая проколы, но шины с кольцевыми вставками выдержат еще несколько часов, а потом их поменяют на новые – не проблема. Дорожные патрульные вскидывают головы, но сразу замечают номера, морщатся и мрачно сплевывают. Кто-то упрямый решает вмешаться – и вдруг деревенеет лицом, будто видит сон наяву, а когда наваждение проходит и он встряхивается и оглядывается – ночное шоссе снова пусто. Кортеж несется дальше, он принадлежит другому миру. Мимо бензоколонок и кафе, через поселки и деревеньки, рассеченные трассой пополам… Головная машина сигналит, резко тормозит, за ней тормозят остальные, а головная уже поворачивает влево. Пересекает двойную полосу, отмахивает назад д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я вырвал левую руку из-под одного, перекатился на бок, вытащил ноги из-под того, который вцепился в полы плаща, и лягнул его, наконец-то сбросил…

А в голове был ледяной шторм. И я сам ловил кончики ее щупальцев – на излете, лишившиеся силы, но еще липкие, – и сам пихал в них то, что хотел показать ей я.

Ставил рядом ее лицо, которое видел сегодня, и ту далекую девочку… Ах, как легко можно разглядеть, как же они похожи… Несмотря на все труды над этим телом… Все прикрасы спадают как шелуха, стоит лишь всмотреться внимательнее…

Я дрожал и не знаю, от чего больше: от напряжения, от страха или от ярости. Моя злость и слепое бешенство, наведенное ею во мне, и отражение ее собственной ярости – все это бушевало, билось во мне, смешиваясь, и я уже сам не знал, где что…

Откуда?! – налетел еще один шквал.

Чудовищный, если бы он попал

в меня, но я уклонился, пустил удар по касательной. Ярость душила ее, лишала гибкости, не давала ей втиснуться щупальцами в те трещинки моей обороны, которые она уже знала…

Двое мальчишек наскакивали на меня, но я извивался, не давая им опять подмять меня, и пытался оттолкнуть третьего, что вцепился в мою правую руку. Отцепись, звереныш… Отцепись… Отцепись, пока она потеряла контроль, пока я могу целиком сосредоточиться на своем теле, на вас, кусающихся и цепляющихся…

Кто?! – молотила она, все не попадая.

Горбунья, горбунья! Маленькая уродина! Отвратительная горбунья!

ОТКУДА?!!

КТО?!!

Кто-то снова навалился мне на ноги, я лягнул туда, перекатился на другой бок, чтобы выдернуть правую руку – ну же! отцепись! – но он держал. Вцепился как клещ и держал, пока двое других молотили меня скрюченными пальцами, будто у них были когти, которые могли разодрать и толстый плащ, и мой бок…

А вот чертова сука била так, что удары ее щупальцев отзывались во мне тугим звоном, пронзавшим мои воспоминания,

но я не давал ей присосаться туда, куда она хотела. Иди к черту, ты…

Я наконец-то поймал те черты, что остались в ней почти прежними, – и смог…

Ее лицо – сегодняшнее, прекрасное – словно пародия, маска, наросшая на другое, уродливое… глаза, теперь глядящие прямо и вызывающе, но в глубине навечно остался другой взгляд, выдает душу, навсегда искалеченную, такую же уродливую, какими были лицо и тело… И маска спадает как шелуха, стоит лишь всмотреться внимательнее… Даже ничего не зная о том, какой ты была раньше, можно не знать, все равно это видно. Да каждый, кто внимательно взглянет, увидит. Любой! Как из-за нынешних черт выглядывает та маленькая горбунья, и она знает, какая она безобразная… НАСКОЛЬКО же она безобразная!

И так будет всегда… Что бы ты ни сделала… Ничего тебе не изменить…

Ничего…

Горбунья…

Навсегда.