ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Каратель, Автор - Тропов Иван, Серия - Реквием Крамера [2], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Каратель Тропов Иван Каратель, Автор - Тропов Иван, Серия - Реквием Крамера [2], , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 ПЛЕН Ослепительно-белые фары налетают и проносятся мимо, за ними сама машина, черный «мерин» с пурпурным отливом, потом снова фары… и снова… и снова… и снова… Длинная колонна из восьми одинаковых машин несется по шоссе. Сверху давят низкие тучи, рыжеватые от придорожных фонарей. Скорость далеко за сотню, но машины идут справа, по самому краю шоссе. Не притормаживая на перекрестках и съездах, не замечая светофоров, рискуя получить прокол на обочинах, полных битого стекла, и получая проколы, но шины с кольцевыми вставками выдержат еще несколько часов, а потом их поменяют на новые – не проблема. Дорожные патрульные вскидывают головы, но сразу замечают номера, морщатся и мрачно сплевывают. Кто-то упрямый решает вмешаться – и вдруг деревенеет лицом, будто видит сон наяву, а когда наваждение проходит и он встряхивается и оглядывается – ночное шоссе снова пусто. Кортеж несется дальше, он принадлежит другому миру. Мимо бензоколонок и кафе, через поселки и деревеньки, рассеченные трассой пополам… Головная машина сигналит, резко тормозит, за ней тормозят остальные, а головная уже поворачивает влево. Пересекает двойную полосу, отмахивает назад д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она заорала, когда взметнулись язычки пламени, облизывая ее пальцы, сверкая в золотом кольце, которое я когда-то уже видел, и в платиновом перстне с опалом, который узнал, и во многих других, которых не знал, но они были на ее пальцах…

Язычки опали, потускнели, пропали, но кожа покраснела, на глазах вспухая волдырями.

И она не переставала кричать. Заходилась в крике.

Я поймал ее щупальца, случайно шлепавшие по мне, уже почти нелипкие. Сам вцепился в их кончики.

Говори, сука. Где? Скажи, иначе я повторю. Повторю на руках, на шее, на лице… Где?!

Все еще воя, она уставилась на меня. Я видел ее глаза.

– Нет…

Я плеснул спиртом ей на лицо, она завыла опять, когда струйки попали в глаза, а я поднес зажигалку.

– Где?!

Образы замельтешили.

Черноволосая чёртова сука – та, вторая, вынужденная подруга и заклятая соперница – на ступенях, на широких ступенях крыльца, перед огромными двустворчатыми дверями своего дома, скалящиеся львы на ручках, и шум прибоя за спиной, и мужчины в пурпурных плащах, двое поднимают пустое кресло на колесах, а следом еще двое – с легкостью поднимают, удерживая под руки Старика, такого непривычно обрезанного без своего кресла, между этими длинноногими красавцами… Только тебе все равно уже ничего с этим не

поделать, ничего не изменить и он таким неизбежно станет, потому что…

…Холодные синие глаза и золотые волосы, жесткие губы и строгие черты – с тенью той, прежней… горькое семечко прошлого, вдруг наполнившееся жизнью… и теперь он не откажется от этого… нет… Теперь нет… Этот рай он не разрушит, его никто не разрушит, ни ты, щенок, ни кто другой… только я сама, я смогу, когда-нибудь смогу – потом, не сейчас, потому что сейчас…

…Гулкий простор огромного храма, в высоких стенах есть окна, но сейчас эти окна темны, снаружи ночь, и свет только от свечей в центре, озаряя стены со смешными картинками выдуманных богов, – и тех, кто во плоти, кто на самом деле правит этим миром… здешней его частью… женщины, только женщины, все с непокрытыми головами и распущенными волосами, слева – солнечно-золотые, справа – воронова крыла… Не все, кто мог бы и желает здесь быть, лишь те, кто чего-то стоит, кто признан и допущен, но и их так много, что едва умещаются в главном нефе огромного храма, а в центре она, золотоволосая и голубоглазая, и иногда эти глаза становятся льдистыми, и молись, чтобы не тебя буравил этот ледяной взгляд, ведь и среди полубогов некоторые равнее, а боль равна для всех, а может быть, и смерть… И надо быть очень осторожной, чтобы не выдать себя раньше времени, пока создаешь втайне свою собственную маленькую империю, а она все еще считает тебя своей лучшей и самой преданной помощницей, рабски покорной…

Я попытался зацепиться

в этом потоке, кинуть ей обратно образ второй паучихи.