Он долгое время был баловень судьбы, однако судьба - дама капризная: не удовлетворил - иди прочь на все четыре стороны.
И поэтому мы будем стоять на краю летного поля. Будет пахнуть романтическим ночным дождем, травой, небом и тишиной. Все полеты будут почему-то отменены. Потом я посмотрю на своего неудачливого товарища:
– У тебя вид, словно ты только что выбрался из жопы вечности. Прекрати.
– Спасибо-спасибо тебе большое, дружище. Этого я никогда не забуду... ты единственный, кто...
– Прекрати, прошу тебя. Все будет в порядке.
– Я не успею, не успею улететь к часу Х.
– А что ждет нас в час Х?
Бывший государственный деятель, изгнанный в третьеразрядную
дыру Б., он же бывший мой школьный товарищ, он же плотоядный баловень судьбы, он же блядская кремлевская марионетка затравленно осмотрелся по сторонам, залепетал трагическим шепотом:
– Это государственная тайна, но я скажу конфиденциально, так сказать.
– Взглянул на часы.
– Вот-вот вводится ЧЭПП ХСВСВ!
Я обомлел, оторопел, если не сказать точнее - охуел. Впрочем, нет таких слов, которые бы передали смятение моей измученной души. Я схватился за голову:
– Господи! Что еще на нашу беду?
– Я скажу, скажу: Чрезвычайная Экономическая Политическая Программа!..
– О Боже мой!
– снова закричал я.
– Чума на вашу голову! Сколько можно чикать и чикать народ?.. И что значит ХСВСВ?..
– Этого я не знаю, - смотрел кроткими слезящимися глазами раба. Меня... меня удалили, как не оправдавшего доверие. А я старался на благо народа... Я за народ...
– Заткнись, истребитель народа своего!
– не выдержал я.
– И прекрати дрожать. Ты что, баба?
– Баба, - с готовностью согласился Рома.
– То есть?
–
Понятно, - сказал я.
– Лети и чтобы духу твоего...
– Я же старался... Я хотел как лучше. Еще неизвестно, что будет... Что такое ХСВСВ?..
– Ты меня спрашиваешь?
– задумался я.
– А впрочем, отвечу: ХСВСВ это Хуй С Вами Со Всеми! Хотя могу и ошибаться, но за смысл ручаюсь!.. Иди-иди, иди, ради Бога; загрузились, - сказал, с облегчением увидев, что погрузка в самолет закончилась.
– Прощай!
– Да-да!
– Побрел, грузный, неуклюжий, с обвислым задом; шел мелкими трусливыми шажками.
Я вспомнил черную тварь и нагнал бывшего школьного приятеля. Обнял за покатое рыхловатое плечо. Скользнул подбородком по липкому брюквенному лицу...
Потом долго стоял на краю поля, смотрел, как тяжелый шумный самолет втягивался в высокие бесконечные белесоватые небеса.
Затем наступила странная тишина, словно на мир накинули огромную, пока еще невидимую и будто из стекла паутину.
На уже убранное пшеничное огромное поле выходил Т-34. Светлел купол утреннего неба. Танк, находящийся между небесами и землей, казался игрушечным. Но его движения были напористы и решительны...






