Она слышала, как за дверью разговаривают по-испански. Наверняка это люди Хуана.
Во второй половине дня худой блондин принес ей чашку чая и печеных бобов на ломте хлеба на грязной оловянной тарелке. Изголодавшись, она проглотила все это, но уже через две минуты ее вырвало, едва она успела добежать до ведра.
Голова у нее раскалывалась. Сжав ее руками, Белла лежала на полу и всхлипывала. Ей надо отсюда выбраться, иначе она сойдет с ума. Потом она вспомнила, как где-то читала, что тот, кто способен перенести первые двое суток после похищения, сможет перенести все. Ей надо взять себя в руки.
«Отче наш, иже еси на небеси», — начала она повторять про себя.
Белла заметила,
что они не рискнули дать ей вместе с едой нож и вилку. Она посмотрела на свое отражение в ложке. Глаза казались огромными, лицо бледное и со следами засохшей крови.
Она решила прочитать наизусть всего «Отелло», что угодно, только бы не свихнуться. Но когда она дошла до третьего действия, где Яго потихоньку возбуждает ревность Отелло, мысли ее перекинулись на Ласло. Она стала заново переживать моменты, проведенные с ним вместе, их стычки, отдых за городом, где после ночного кошмара он держал ее в своих объятиях. Что он там про нее сказал? Что она интересная, талантливая и красивая?
Она снова посмотрела на свое отражение в ложке. Теперь бы он не назвал ее красивой. Она ощутила страшную, тяжелую ненависть к Стиву.
Наконец от полного изнеможения она заснула беспокойным сном.
Глава восемнадцатая
Белла
проснулась от шороха шагов по гравию за окном. Свет больше не проходил через щель в ставнях. Она услышала, как три раза постучали, потом быстро и тихо отворилась входная дверь и так же тихо закрылась. Потом какое-то перешептывание, негромкий смех, и кто-то еще вошел в дом.
Она все еще чувствовала слабость, но боль в голове немного отпустила. Она с трудом поднялась, чувствуя головокружение. Вкус во рту был ужасный. Проведя языком по зубам, она ощутила пленку грязи.
Косметических салфеток фирмы «Колгейт» тут не дадут, подумала Белла, слюнявя пальцы и стараясь стереть со щек пятна засохшей крови.
Логика подсказывала ей, что если она понравится похитителям и они найдут ее привлекательной, то, быть может, станут обращаться с ней помягче.
Ее заинтересовало, кто только что пришел, но ждать пришлось недолго. Открылась дверь, и в комнату вошли двое мужчин в масках и с автоматами. Один был коренастый бородач, второй, которого она до этого не видела, гораздо выше ростом. Джинсы обтягивали его толстоватые ляжки. Могучий торс прикрывала
синяя рубашка. Из просветов между пуговицами выглядывала волосатая грудь.
— Ну что, красавица, — схватив ее за руки, сказал он шепелявым елейным голоском, от которого Белла вздрогнула. — Самое время немного побеседовать.






