ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Экспансия - 3, Автор - Семенов Юлиан, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Экспансия - 3 Семенов Юлиан Экспансия - 3, Автор - Семенов Юлиан, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Семенов Юлиан Семенович Экспансия - 3 Юлиан Семенов ЭКСПАНСИЯ - III ШТИРЛИЦ (Барилоче, сорок седьмой) __________________________________________________________________________ Ну и что, спросил себя Штирлиц, как будем жить дальше? Ты и я, два человека, существующие в одном и том же обличье, но думающие порой по-разному, мура собачья, ей-богу. Почему, возразил он себе, прибегни к спасительному <все разумное действительно>, сколько раз тебя выручал Гегель с его абстрактным, отрешенным от суеты мышлением, выручит и сейчас... Двадцать пять лет я не был в России; четверть века, страшно произнести... Это все ерунда, что я живу ей, грежу ею, изучаю все, связанное с ее трагической и великой судьбой; я похож на доктора, который ставит диагноз, наблюдая пациента через толстое пуленепробиваемое стекло. Я живу здесь, в Барилоче, у подножия Анд, в столице горнолыжного спорта Аргентины, в семи милях от коттеджей, где обосновались физики, среди них есть местные, родившиеся в этой прекрасной стране, есть эмигранты, сбежавшие от гитлеровцев, а есть нацисты, те, которые работали в исследовательских институтах рейха; истинный ученый похож на зрячего слепца, он одержим своей идеей, он редко задумывается над тем, кто в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я не приблизился ни на шаг к тайне атомной бомбы, которую клепают здесь, совсем рядом, на острове Уэмюль мои бывшие товарищи по партии, я не узнал ничего нового о тех, кто являет собою затаенную структуру

нацизма в Латинской Америке, - зачем же я здесь? Во имя чего?

Ты здесь во имя того, ответил он себе, чтобы сделать то, чего ты не имеешь права не сделать. Мужчина - это добытчик. Нельзя возвращаться с пустыми руками, грешно приходить домой с пустыми руками.

А ты уверен, что тебя там ждут? Он часто слышал в себе этот вопрос, и звенящая пустота, которая рождалась в нем после того, как звучали эти треклятые слова, была самым страшным мучением, потому что, давно привыкший к постоянному диалогу с самим собою, на этот раз он не знал, что ответить, а лгать - не хотел или, точнее, не мог уж более.

...Штирлиц поднялся с деревянной лесенки, что вела на второй этаж домика, где Отто Вальтер держал свою прокатную станцию - горные лыжи, ботинки, куртки, перчатки, очки и шлемы, - застегнул куртку (с Анд в а л и л и снежные сине-черные облака) и пошел в бар к Манолетте; старик славился тем, что делал сказочный кофе, лучший, чем итальянский <капуччини>: сливочная пена сверху и обжигающе горячая крепость на донышке толстой керамической чашки.

У Манолетте было тихо и пусто; в печке, сделанной, как и все в Барилоче, на немецкий манер, огонь алчно ломал поленца; старик стоял, прижавшись к теплым изразцам спиною, и лениво следил за большой мухой с зеленым брюшком, медленно летавшей вокруг настольной лампы, что стояла на баре.

– Нет, ты только погляди на нее, - изумленно произнес Манолетте, вот-вот ударят холода и все занесет снегом, а эта мерзавка не сдается... Остальные сдохли - куда более здоровые, - а зеленобрюшка все летает

и летает...

– Остальные уснули, - возразил Штирлиц.

– Они засыпают на зиму. А весной оживают.

– Темный ты человек, Максимо, сразу видно - из Испании, там школ мало и ботанику не учат... Если бы все мухи засыпали на зиму, а весной просыпались, то мы бы стали планетой мух, а не людей.

– А может, мы и есть такая планета?

– Штирлиц пожал плечами.

– Ну-ка, угости меня кофе, дружище...

– Я угощу тебя кофе, а ты позвони-ка своему патрону, он тебя ищет.

– Приехали какие-нибудь буржуи?

– спросил Штирлиц.

– Не терпится встать на лыжи? Схватить снежного загара?

– Этого он не говорил, - ответил Манолетте и отошел от печки. Хочешь выпить?

– Мало ли чего я хочу...

– Я угощаю.

– Тогда не откажусь.

– Чего тебе налить? Бренди? Или виски?

– Налей виски.

– С водой?

– Нет, чистого, безо льда.

– Здесь у всех ломается настроение, когда с Анд валятся снеговые облака, Максимо. Сколько лет я здесь живу, а все равно не могу привыкнуть, тоска какая-то, безнадежность, мрак...