ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Экспансия - 3, Автор - Семенов Юлиан, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Экспансия - 3 Семенов Юлиан Экспансия - 3, Автор - Семенов Юлиан, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Семенов Юлиан Семенович Экспансия - 3 Юлиан Семенов ЭКСПАНСИЯ - III ШТИРЛИЦ (Барилоче, сорок седьмой) __________________________________________________________________________ Ну и что, спросил себя Штирлиц, как будем жить дальше? Ты и я, два человека, существующие в одном и том же обличье, но думающие порой по-разному, мура собачья, ей-богу. Почему, возразил он себе, прибегни к спасительному <все разумное действительно>, сколько раз тебя выручал Гегель с его абстрактным, отрешенным от суеты мышлением, выручит и сейчас... Двадцать пять лет я не был в России; четверть века, страшно произнести... Это все ерунда, что я живу ей, грежу ею, изучаю все, связанное с ее трагической и великой судьбой; я похож на доктора, который ставит диагноз, наблюдая пациента через толстое пуленепробиваемое стекло. Я живу здесь, в Барилоче, у подножия Анд, в столице горнолыжного спорта Аргентины, в семи милях от коттеджей, где обосновались физики, среди них есть местные, родившиеся в этой прекрасной стране, есть эмигранты, сбежавшие от гитлеровцев, а есть нацисты, те, которые работали в исследовательских институтах рейха; истинный ученый похож на зрячего слепца, он одержим своей идеей, он редко задумывается над тем, кто в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Штирлиц любил гадать на тех книгах, которые становились его частью, входили навсегда в сознание и сердце: раскроет страницу, прошептав предварительно

ее номер и строку, упрется пальцем и прочитает вслух; так поступил и сейчас: <Не ругай стиль, прозрачный для одаренного ума, легкий для запоминания и отпугивающий для невежества, - ведь даже слово божие запрещает нам бросать святыню псам и метать бисер перед свиньями>.

А что, усмехнулся Штирлиц, вполне многотолкуемая фраза; дон Мигель, мой добрый старик из Кордовы, прекрасно приложил бы ее к нынешнему литературному процессу; да и я - тоже; только Достоевский добился прижизненной славы; Пушкина топтали ногами, о Чехове говорили, как о <дешевом рассказчике, увеселяющем нуворишей>, ну и мир, ну и люди!

...А что же мы с тобою будем делать в этом мире, спросил он себя. Как надо поступить, чтобы не было стыдно смотреть на свое отражение в зеркале? Времени-то в обрез! Ну, хорошо, верно, в обрез, но что я могу сделать, кроме того, что делаю?! Я жду, будь оно неладно, это ожидание...

...Ганс пришел в прокатный пункт с опозданием на двадцать минут; Штирлиц уже успел включить электрический камин, в комнате чуть потеплело; плюшевый, но в то же время ощутимо шершавый лед на оконцах перестал быть мертвенно-белым, посинел изнутри - вкрадчиво, как осенний рассвет.

– Какого черта старый идиот велел мне быть здесь к восьми?! прохрипел Ганс, не поздоровавшись.

– <Порядок, порядок, прежде всего порядок>, <хайль Гитлер>, <смерть финансовому капиталу, славянам,

евреям и марксистам>, <ни минуты опоздания, каждому свое>, концлагерь, <работа делает свободным>, ненавижу!

– Здравствуйте. Меня зовут Максимо Брунн. Вы мой новый шеф, нет? спросил Штирлиц.

– Строгал я на голове всех шефов свой... Чаю дайте! Откуда я знал, что в этой паршивой стране такие морозы?!

– по-прежнему ярясь, ответил Ганс.

– Возьмите кастрюльку, спуститесь вниз, наберите снега, принесите дров, растопите печурку - и через десять минут будете иметь стакан крепкого чая. Ваш родственник держит здесь <липтон> трех сортов.

Лицо Ганса, посиневшее от холода, странно вытянулось, брови поползли вверх, а глаза чуть ли не вылупились, так он растерялся ответу Штирлица.

– Вы служите у дяди Отто?

– Я подписал с ним контракт, это верно.

– Оставьте для суда <подписал контракт>! Подписал, не подписал, какое мне дело?! Вы ответьте: кто здесь кому служит?!

– Это в вашем паршивом рейхе служили, молодой человек, - тихо ответил Штирлиц.

– А в этой стране заключают контракт. Здесь иная форма фашизма. Он тут народный, демократический. Понимаете? Отношения нанимателя и рабочего отличаются взаимным уважением и контролируются синдикатом, который тщательно следит за соблюдением статей контракта.