Лицо его, как и у всех Следопытов, производило странное впечатление: дочерна загорелые скулы и лоб, белые пятна вокруг глаз и белая нижняя часть лица там, где кожу прикрывают очки и кислородная маска.
– Можно?
– сказал он тихо. Он всегда говорил очень тихо.
– Садитесь, Феликс, - пригласила Наташа.
– Ужинать будешь?
– спросил Матти.
– Спасибо, - сказал Рыбкин.
– Лучше чашечку кофе.
– Что-то ты сегодня запоздал, - сказал прямодушный Пеньков, наливая ему кофе. Сергей скорчил ужасную мину, а Матти пнул Пенькова под столом ногой.
Рыбкин спокойно принял кофе.
– Я пришел полчаса назад, - сказал он, - и прошелся вокруг дома. Я вижу, сегодня у вас тоже побывала пиявка.
– Сегодня у нас тут была баталия, - сказала Наташа.
– Да, - сказал Рыбкин.
– Я видел пробоину в павильоне.
–
Наши карабины страдают гнутием ствола, - объяснил Матти.
Рыбкин засмеялся. У него были маленькие ровные белые зубы.
– А тебе приходилось попадать хоть в одну пиявку?
– спросил Сергей.
– Вероятно, нет, - сказал Феликс.
– В них очень трудно попасть.
– Это я и сам знаю, - проворчал Пеньков.
Наташа, опустив глаза, крошила хлеб.
– Сегодня у Азизбекова одну убили, - сказал Рыбкин.
– Да ну?
– изумился Пеньков.
– Кто?
Рыбкин опять засмеялся.
– Да никто, - сказал он. Он мельком поглядел на Наташу. Забавная штука - сорвалась стрела экскаватора и раздавила ее. Наверное, кто-нибудь попал в трос.
– Вот это выстрел, - сказал Сергей.
– Это мы тоже умеем, - сказал Матти.
– На бегу с тридцати шагов прямо в лампочку над дверью.
– Вы знаете, ребята, - сказал Сергей, - у меня такое впечатление, что все карабины на Марсе страдают гнутием ствола.
– Нет, - сказал Феликс.
– Потом обнаружили, что в пиявку у Азизбекова попало шесть пуль.
– Вот скоро будет облава, - сказал Пеньков, - мы им тогда покажем, где раки зимуют.
– А я этой облаве вот ни столечко не радуюсь, - сказал Матти. Спокон веков у нас так: бах-трах-тарарах, перебьют всю живность, а потом начинают устраивать заповедники.
– Что это ты?
– сказал Сергей.
– Ведь они же мешают.
– Вот нам все мешает, - сказал Матти.
– Кислорода мало мешает, кислорода много - мешает, лесу много - мешает, руби лес... Кто мы такие в конце концов, что нам все мешает?
– Салат был, что ли, плохой?
– задумчиво сказал Пеньков.
– Так ты его сам готовил...
–
Не попадайся, не попадайся, Пеньков, - сказал Сергей. Он просто хочет затеять общий разговор. Чтобы Наташенька высказалась.
Феликс внимательно посмотрел на Сергея. У него были большие светлые глаза, и он очень редко мигал. Матти усмехнулся.
– А может быть, вовсе не они нам мешают, - сказал он, а мы им.
– Ну?
– буркнул Пеньков.
– Я предлагаю рабочую гипотезу, - сказал Матти.
– Летучие пиявки есть коренные разумные обитатели Марса, хотя они находятся пока на низкой ступени развития.






