Мы захватили районы, где есть вода, и они намерены нас выжить.
Пеньков ошарашенно смотрел на него.
– Что ж, - сказал он.
– Возможно.
– Да ты спорь с ним, спорь, - сказал Сергей.
– А то так ему никакого удовольствия.
– Все говорит за мою гипотезу, - продолжал Матти.
– Живут они в подземных городах. Нападают всегда справа - потому что у них такое табу. И... э-э... они всегда уносят своих раненых...
– Ну, братец...
– разочарованно сказал Пеньков.
– Феликс, - сказал Сергей, - уничтожь это изящное рассуждение.
Феликс сказал:
– Такая гипотеза уже выдвигалась. (Матти изумленно поднял брови). Давно. До того, как была убита первая пиявка. Сейчас выдвигаются гипотезы поинтересней.
– Ну?
– спросил Пеньков.
– До сих пор никто не объяснил, почему пиявки нападают на людей. Не исключена возможность, что это у них очень древняя привычка. Напрашивается мысль, не обитает ли на Марсе все-таки раса двуногих прямостоящих.
– Обитает, - сказал Сергей.
– Тридцать
лет уже обитает.
Феликс вежливо улыбнулся.
– Можно надеяться, что пиявки наведут нас на эту расу.
Некоторое время все молчали. Матти с завистью смотрел на Феликса. Он всегда завидовал людям, перед которыми стоят такие задачи. Выслеживать летучих пиявок - занятие само по себе увлекательное, а если при этом еще ставится такая задача...
...Матти мысленно перебрал все интересные задачи, которые пришлось решать ему самому за последние пять лет. Интереснее всего было конструирование дискретного искателя-охотника на хемостадерах. Патрульная камера превращалась в огромный любопытный глаз, следящий за появлением и движением "посторонних" световых точек на ночном небе. Сережка бегал по ночным дюнам, время от времени мигая фонариком, а камера бесшумно и жутко разворачивалась вслед за ним, следя за каждым его движением... "Что ж, подумал Матти, - это тоже было интересно."
Сергей вдруг сказал с досадой:
– До чего же мы ничего не знаем! (Пеньков перестал тянуть с шумом кофе из чашки и поглядел на него.) И до чего не стремимся узнать! День за днем, декада за декадой бродим по шею в тоскливых мелочах... Копаемся в электронике, ломаем сумматоры, чиним сумматоры, чертим графики, пишем статеечки, отчетики... Противно!
– Он взялся
за щеки и с силой потер лицо. Прямо за оградой на тысячи километров протянулся совершенно незнакомый, чужой мир. И так хочется плюнуть на все и пойти куда глаза глядят через пустыню искать настоящего дела... Стыдно, ребята. Это же смешно и стыдно сидеть на Марсе и двадцать четыре часа в сутки ничего не видеть, кроме блинк-регистрограмм и пеньковской унылой физиономии...
Пеньков сказал мягко:
– А ты плюнь, Серега. И иди себе. Попросись к строителям. Или вот к Феликсу.
– Он повернулся к Феликсу.
– Возьмете его, а?
Феликс пожал плечами.
– Да нет, Пеньков, дружище, не поможет это.






