Дауге смотрел, как она идет, покачивая бедрами, удивительно стройная, гордая и жалкая. У нее была великолепная походка, и она была все-таки еще хороша, изумительно хороша. Ее провожали глазами. Дауге подумал с тоскливой злобой: "Вот. Вот и вся ее жизнь. Затянуть телеса в дорогое и красивое и привлекать взоры. И много их, и живучи же они."
Когда он подошел к машине, Гриша Быков сидел, упершись коленями в рулевую дугу, и читал толстую книгу. Приемник в машине был включен на полную мощность: Гриша очень любил сильный звук.
Дауге залез в машину, выключил приемник и некоторое время сидел молча. Гриша отложил книгу и завел мотор. Дауге сказал, глядя перед собой:
– Жизнь дает человеку три радости, тезка. Друга, любовь и работу. Каждая из этих радостей отдельно уже стоит многого. Но как редко они собираются вместе!
– Без любви, конечно,
обойтись можно, - вдумчиво сказал Гриша.
Дауге мельком взглянул на него.
– Да, можно, - согласился он.
– Но это значит, что одной радостью будет меньше, а их всего три.
Гриша промолчал. Ему казалось нечестным ввязываться в спор, безнадежный для противника.
– В институт, - сказал Дауге, - и постарайся успеть к часу. Не опоздаем?
– Нет, я быстро.
Машина выехала на шоссе.
– Дядя Гриша, вам не дует?
– спросил Гриша Быков.
Дауге повел носом и сказал:
– Да, брат. Давай-ка поднимем стекла.
1. МИРЗА-ЧАРЛЕ. РУССКИЙ МАЛЬЧИК
Дежурная по пассажирским перевозкам очень сочувствовала Юре Бородину. Она ничем не могла помочь. Регулярного пассажирского сообщения с системой Сатурна не существовало. Не существовало еще даже регулярного грузового сообщения. Грузовики-автоматы отправлялись туда два-три раза в год, а пилотируемые корабли и того реже. Дежурная дважды посылала запрос электронному диспетчеру, перелистала какой-то толстый справочник, несколько раз звонила кому-то, но все было напрасно. Наверное, у Юры был очень несчастный вид потому что напоследок она сказала с жалостью:
– Не надо так огорчаться, голубчик. Очень уж далекая планета. И зачем вам надо так далеко?
– Я от ребят отстал, - расстроенно сказал Юра.
– Спасибо вам большое. Я пойду. Может быть, еще где-нибудь...
Он повернулся и пошел к выходу, опустив голову, глядя на стертый пластмассовый пол под ногами.
– Постойте, голубчик, - окликнула его дежурная. Юра сейчас же повернулся и пошел обратно.
– Понимаете, голубчик, - сказала дежурная нерешительно, - случаются еще иногда специальные рейсы.
– Правда?
– с надеждой сказал Юра.
– Да. Но сведения о них в наше управление не поступают.
– А меня могут взять в специальный
рейс?
– спросил Юра.
– Не знаю, голубчик. Я даже не знаю, где об этом можно узнать. Возможно, у начальника ракетодрома?
– Она вопросительно посмотрела на Юру.
– К начальнику, наверное, не пробиться, - уныло сказал Юра.
– А вы попробуйте.






