Та оправилась посмотреть, что там за шум, так этот наглец даже не потрудился скрыться, а так и продолжал заниматься Этим прямо у нее на глазах. Она потом долго отлеживалась.
— Бедняжка, он, наверное, испугался еще больше ейного, — встала на защиту своего любимца нянюшка.
— Ты же сама знаешь, какая опасная штука эти заграницы. Они разлагающе действуют на неокрепшие умы, — нахмурилась матушка…… — Вот ты таскала за собой повсюду этого своего котяру, и теперь посмотри, что он… Да, что такое?
К ним робко приближался Резакофф — в полуприседе, характерном для человека, который, с одной стороны, пытается привлечь к себе внимание и
в то же время не хочет лезть в чужие дела.
— Прошу прощения, дамы, вы не дилижанс случаем ждете?
— Его самого, — обрубила та, что повыше.
— Гм, боюсь, следующий дилижанс тут не останавливается. Он едет прямиком до Рыбьих Ручьев.
Старушки наградили его парой вежливых взглядов.
— Большое спасибо, — ответила высокая и опять повернулась к своей компаньонке. — О чем я? А, да. Старушка Общипец долго не могла оправиться от потрясения. Я даже думать боюсь, чему он научится в этой нашей поездке.
— Без меня он чахнет. Он принимает пищу только из моих рук.
— Да. Потому, что все остальные уже не раз пытались его отравить. И знаешь, я этих людей понимаю!
Резакофф печально покачал головой и вернулся к своим бревнам.
Через пять минут из-за поворота показался дилижанс. Лошади мчались во весь опор.. Вот он поравнялся со старушками…
…И остановился. То есть его колеса вдруг заклинило, а лошади ни с того ни с сего встали как вкопанные.
Это было не столько торможение, сколько вращение вокруг своей оси, постепенно сошедшее на нет ярдов через пятьдесят. Возница к тому времени очутился на дереве.
Старушки, не прекращая своего спора, дружно двинулись к дилижансу.
Одна из них ткнула помелом в возницу.
— Два билета до Анк-Морпорка, пожалуйста. Тот приземлился на дорогу.
— Что значит два билета до Анк-Морпорка? Дилижанс здесь не останавливается!
— По-моему, он сейчас стоит.
— Так это
ваших
рук дело?
— Наших?
— Послушай, госпожа, даже если бы я здесь останавливался, билеты стоят по сорок, дьявол их раздери, долларов каждый!
— О.
— И почему вы с метлами? — вдруг заметил возница. —
Вы что, ведьмы?
— Да. А что, для ведьм у вас особые правила? Или, может, отношение особое?
— Отношение самое обычное! У
нас
ведьм считают «старыми вешалками, которые любят совать нос не в свои дела»!
На некоторое время воцарилась тишина, а потом, почти сразу, разговор снова продолжился, но уже в совершенно ином ключе. Просто из него как будто бы пропала пара-другая реплик.
— Так как ты сказал, молодой человек?
— Два пригласительных билета до Анк-Морпорка, Для нашей компании это большая честь.






