ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пропавшая, Автор - Роботэм Майкл, , Жанр - Триллеры, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Пропавшая Роботэм Майкл Пропавшая, Автор - Роботэм Майкл, , Жанр - Триллеры, Детективы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Посвящается моим родителям Я хотел бы поблагодарить все тех же подозреваемых Урсулу Маккензи и Марка Лукаса за то, что они помогли мне найти зерно «Пропавшей». Моя благодарность распространяется и на многих других сотрудников «Тайм Уорнер» и «LAW», стоявших за рождением этой книги. И я снова в долгу перед Вивиэн, страстной читательницей, строгим критиком, доморощенным психологом, снисходительным редактором и матерью моих детей, которая жила с моими героями бессонными ночами. В прошлый раз я сказал [1] , что менее преданная женщина на ее месте уходила бы спать в комнату для гостей. Я ошибся. Менее преданная женщина отправила бы в комнату для гостей меня . 1 В прошлый раз я сказал… – Имеется в виду благодарственная преамбула к предыдущему роману автора («Подозреваемый», 2004, рус. пер. 2006), предваряющему события данной книги. Пропало богатство – кое-что пропало, Пропала честь – многое пропало, Пропала смелость – пропало все. Немецкая пословица 1 Темза, Лондон Я помню, кто-то однажды сказал мне: если ты видишь юристов, засунувших руки в собственные карманы, значит, стало действительно холодно. Но сейчас гораздо холоднее. Мои губы онемели, и каждый вздох пронзает легкие, словно ледяной осколок. Вокруг кричат люди

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Каждое имя проверялось и перепроверялось, каждая деталь сопоставлялась с другой для обнаружения тех невидимых линий человеческих отношений, которые связывают мир в единое целое.

Через два дня я зашел домой – только для того, чтобы принять душ и переодеться. Даж храпела, положив голову на стол между рук, сжимая в пальцах стакан водки, на ее коленях свернулась сиамская кошка. Мать говорила, что первая утренняя порция была для нее настоящим облегчением, соком ангелов, соединяющихся на лету. Джин казался ей слишком английским, а виски – слишком шотландским. От портвейна у нее краснели зубы и десны, а когда ее тошнило, то казалось, что это воробьи нагадили черной смородиной.

Постарев и опустившись, Даж стала больше походить на цыганку: она возвращалась к корням, заворачиваясь в прошлое, словно в накидки. Она пила, чтобы забыть, чтобы убить боль. Пила потому, что ее демоны страдали от жажды.

Я вытащил у нее из рук стакан и перенес ее на кровать. Кошка соскользнула с ее коленей и перетекла на пол, как водяная лужица. Когда я укрывал мать одеялом, она открыла глаза.

– Ты ведь найдешь ее, Янко? – пробормотала она. – Ты ведь найдешь ту девочку? Я знаю, каково это – потерять кого-то.

– Я делаю все, что могу.

– Я вижу

всех

потерянных детей.

– Я не могу вернуть

их, Даж.

– Закрой глаза, и ты ее увидишь.

– Тише, тише. Засыпай.

– Они не умирают, – прошептала она, принимая от меня поцелуй в щеку.

Через месяц она отправилась в пансионат для престарелых. Мать так и не простила мне, что я ее бросил, но это самый незначительный из моих грехов.

В палате темно. В коридорах темно. И снаружи темно, если не считать фонарей, освещающих спящие машины в шубах из инея.

Али дремлет в кресле у моей кровати. Ее лицо пепельного цвета от усталости, тело словно застыло. Единственный источник света в палате – телевизор, мигающий в углу.

Она открывает глаза.

– Надо было тебе пойти домой.

Али пожимает плечами:

– У них здесь есть кабельное.

Я смотрю на экран. Показывают старый черно-белый фильм – «Добрые сердца и короны» с Алеком Гиннесом

[34]

. Когда звук выключен, еще сильнее бросается в глаза, как переигрывают актеры.

34

«Добрые сердца и короны»

(1949) – черно-белая комедия английского режиссера Роберта Хеймера по роману Роя Хорнимана «Израэль Рэнк» (1907), в которой знаменитый англо-американский актер Алек Гиннес (1914–2000) сыграл восьмерых представителей аристократического рода Д'Эскойнов, погибающих один за другим от руки главного героя – Луиса Маццини, ожесточенного бедного родственника, не принятого ими в семейный круг.

– Я не одержимый, ты же знаешь.

– О чем вы, сэр?

– Я не пытаюсь возродить Микки Карлайл из мертвых.

Али откидывает

с глаз прядь волос.

– А почему вы думаете, что она жива?

– Я не могу объяснить.