ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хаджи, Автор - Юрис Леон, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Хаджи Юрис Леон Хаджи, Автор - Юрис Леон, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Leon Uris, The Haj. New York: Bantam, 1985 Перевод с английского: Б.Кантор љ Кантор Б.З., перевод с английского, 2003 Об авторе этой книги Леон Юрис (1925 - 2003 гг.) родился в Балтиморе (США) в небогатой семье еврея-эмигранта из России, до переезда в США прожившего некоторое время в Палестине. Пер-вый роман Л. Юриса "Боевой клич" об американских морских пехотинцах был издан в 1953 году и вскоре экранизирован. Через два года появился роман "Злые холмы", а в 1958 году - "Экзодус" ("исход"), принесший Юрису мировую славу. Русскоязычному читателю "Экзодус" стал известен благодаря переводу, сделанному в 1963 г. тайно, в одном из лаге-рей политзаключенным А. Шифриным и вскоре распространенному в СССР "самизда-том". Л. Юрисом написаны также романы "Перевал Митла", "QB VII", "Мила, 18", "Хад-жи", "Троица", "Армагеддон", "Топаз", "Выкуп". Высокую оценку критики получили до-кументальные книги, написанные Л. Юрисом при участии его жены, фотографа Джилл Юрис, - "Ирландия: Красота страха" и "Иерусалим: Песнь Песней". Большинство книг Леона Юриса посвящено темам еврейства, Израиля и Ближнего Восто-ка. В них четко выражена авторская позиция, которую сам Юрис изложил в интервью га-зете "Джерузалем пост": "Я терпеть не могу еврейских писате

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я отправился в единственное место, к единст-венному человеку, кто дал мне теплоту и уют. Было заметно, что Нури Мудгиль боится за меня. Я снова и снова бормотал, что все еще люблю Ибрагима. Кажется, он знал, что я сломаюсь. Понимаете, я не говорил о Наде после ее убийства. Я заставил себя не думать о ней. А потом я произнес ее имя и без сил упал ему на руки.

– Скажите мне, где она, доктор Мудгиль. Я должен забрать ее туда, где она будет покоиться в мире.

– Нет, - сказал он, - ты не сможешь этого сделать.

– Я должен.

– Ты не сможешь, - твердо повторил он.

– Что же вы пытаетесь мне сказать?

– Не теперь, Ишмаель, потом...

– Скажите. Я требую, чтобы вы мне сказали!

– От нее ничего не осталось. Ее разбросали в ста местах в этой ужасной свалке возле реки. Пожалуйста, больше ни о чем не спрашивай...

Я закричал:

– Я отомщу!

Он тяжело вздохнул.

– Да, - тихо сказал он, - конечно, ты отомстишь...

конечно, ты отомстишь...

Я забегал по комнате, хотелось лопнуть. Я стоял перед ним и трясся...

– Почему я не могу плакать... я хочу плакать... Почему я не могу плакать!

– Я упал на колени и ухватился за него.

– Что мы наделали!

– крикнул я.

– Зачем! Зачем! Зачем! За-чем!

Он держал на коленях мою голову, гладил меня, и я рыдал, пока не осталось больше слез. Вспышка умирающего солнца заполнила комнату, и вслед за ней мы остались в тем-ноте.

– Почему?

– шептал я, - почему?

– Вы были трое прекрасных людей, которые страстно любили друг друга. Но вы ро-дились в такой культуре, где нет места для выражения такой любви. Мы прокляты среди всех живых существ.

– Что будет со всеми нами?

– сказал я, и это был не то вопрос, не то стон.

Он погрузился в долгое молчание. Я смотрел, как его тень покачивалась, когда он вздыхал.

– Вы должны мне сказать, доктор Мудгиль.

– Я скажу тебе, - сказал он мягко, с болью.

– У нас нет позволения любить друг дру-га, и мы давным-давно утратили способность этого. Так было записано двенадцать веков назад. Наше главное наследство - ненависть. Десятилетие за десятилетием, поколение за поколением, столетие за столетием мы воспроизводим себя в ненависти. Возвращение ев-реев спустило с цепи эту ненависть, она взорвалась дико, бесцельно, в огромную

силу са-моуничтожения. Через десять, двадцать, тридцать лет исламский мир начнет в безумии пожирать себя. Мы не умеем жить с самими собой... никогда не умели. Мы не умеем жить с внешним миром или приспособиться к нему... и никогда не умели. Мы не способны к переменам. Дьявол, делающий нас безумными, ныне пожирает нас. Мы не умеем остано-виться. И если нас не остановят, мы пойдем, вместе с остальным миром, ко Дню Сожже-ния. Теперь, Ишмаель, вы видим начало Армагеддона.

...Не знаю, когда именно чернота охватила меня...

Я упаковывал свой чемоданчик перед отъездом, и вдруг руки мои перестали держать вещи... в голове туман...