ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тайга, Автор - Шишков Вячеслав Яковлевич, , Жанр - Русская классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Тайга Шишков Вячеслав Яковлевич Тайга, Автор - Шишков Вячеслав Яковлевич, , Жанр - Русская классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Вячеслав Яковлевич ШИШКОВ ТАЙГА Повесть И тогда небеса с шумом прейдут, в стихии же, сжигаемы, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят... Но мы нового небеси и новой земли чаем, где правда живет. Второе послание ап. Петра, гл. III, ст. 10 и 13 I Кедровка - деревня таежная. Все в ней было по-своему, по-таежному. И своя правда была - особая, и свои грехи - особые, и люди в ней были другие. Не было в ней простору: кругом лес, тайга со всех сторон нахлынула, замкнула свет, лишь маленький клочок неба оставила. Деревня - домов тридцать, а кладбище за поскотиной большое, хватило бы на добрый городок. Когда она появилась на божий свет, - никто путем не знал. Только дедка Назар, вот уже второй век коротавший, сидя на печи, говаривал, еле ворочая непослушным языком: – Еще когда Петр царем служил, наша деревня-то народилась. Дедушка мой Изот Кедров, покойна головушка, с каторги быдто бы бежал да сел тут. Так и пошло, благословясь, от нашего кореню. Земли в Кедровке было немного: кой-где по увалам и падям, вдоль речки, да там, на той горе, что приподнялась желтой лысиной над тайгою. Впрочем, мужик и не дорожил землей: ему тайга давала всё - и белку, и соболя,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И только засыпать начала, Бородулин так же твердо, как по сердцу молотом:

– Он давно дома у себя...

Анна поднялась - темно. Кто загасил? Где солнце? Где Андреюшкино солнце?

– Иван Степаныч! Даша!

– кричит Анна.

Никто не отозвался. Только в углу, где рукомойник, капелька по капельке булькала в лохань вода.

– Иван Степаныч, Иван Степаныч!..

– идет босиком, простоволосая, половицы поскрипывают, двери сами собой отворяются.

Надо бегом, радостно стало, надо по задворкам, как тогда, как раньше...

– Ну, куда ж ты, стой!

– Даша схватила ее сзади.

– К нему... к Андрею.

– Да ты

что? Очухайся...

– Иван Степаныч сказал...

– Пойдем, пойдем... Когда это? Он вечор еще уплыл. Чего ты мелешь. Да и-и-ди-ка, телка!

Полная луна стояла в небе. Анна поглядела на луну, на голубую церковь, на Дашины черные глаза.

Стало быть, сон...

– А Анна-то тово...

– сказала поутру Даша и постукала пальцем по лбу.

Старухи приплелись, застрекотали. То с уголька советуют спрыснуть может, отведет, то в подворотню пролезть голой да на месяц по-собачьи взлаять. Хорошо бы за упокой подать, батюшка добрый, ему только бутылку посули, отслужит панихиду, это помогает: душа у Андрея скучать начнет, ангел божий на дорогу выведет - иди.

Анна старух разглядывает, виски сжала ладонями, голова болит. А старухи пуще; голоса крикливые, друг с дружкой сцепились, орут, слюнями брызжутся.

– Колдовка!

– кричит горбатая.

– Твое дело по ночам коровам вымя выгрызать...

– От колдовки слышу! Тьфу!

– вскочила хромая, топнула кривой ногой и вся в дугу изогнулась.

– Ты вот свиньищей оборачиваешься, оборотка чертова...

– Ну, ты... потрясучая!..

Анна стонет, голова гудит. Хоть бы Иван Степаныч пришел да выгнал. А старухи пуще.

Анна тихонько ноги спустила да рукой к ружью, - и страшным голосом на старух:

– Уходите...

Старухи, как овцы, стадом в дверь.

А по селу прокатилось: кедровская девка спятила.

Приехал из волости урядник, собрал сход.

– Искали, ребята?

– То-ись, скажи на милость,

всю тайгу выползали.

– А покличьте-ка ее, эту фефелу-то вашу... как ее?..

Стали Анну звать - не идет, староста пришел - не идет, приказано силой взять.

– Ну, иди... Чего ты, право?

– Пошто я ему? Изгаляться, что ли?

– сверкнула она взглядом, однако пошла.

Урядник на завалинке сидит: ногу отставил, руку в карман, глаза навыкате, усы строгие, сам "с мухой".

– Ого, кобылица какая... Ядре-е-ная...

– облизнулся он на Анну.

– А ну-ка, говори, сударыня... Ты трепалась с Андреем, с политическим? А?

Анна гневно сдвинула брови и тяжело задышала, косясь через плечо на урядника.

– Ты оглохла?

– пьяно кричал он.

– Я те уши-то прочищу... потаскуха мокрохвостая!..

Как под бичом вздрогнула Анна.

– Бесстыжий... Тьфу!

– злобно плюнула ему в лицо.

– А-а-а... Так?!

– блеснув на солнце перстнем, он со всей силы ударил ее в висок.

– Ой, ты...

– обхватила Анна голову.

– Зверь!..