ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оракул, Автор - Фишер Кэтрин, Серия - Оракул [1], , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Оракул Фишер Кэтрин Оракул, Автор - Фишер Кэтрин, Серия - Оракул [1], , Жанр - Фэнтези, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Первый Дом. Обитель Божественного Жала Даже боги видят сны. Мне снится вода. Я чувствую, как она падает, слышу тихий стук больших горячих капель по безжизненной почве, вижу ямки, которые они оставляют в песке. Иссушенная земля жадно пьет воду. Если я — бог, то мои сны должны сбываться. Но вода — она иная, она обладает собственной волей, и над нею я не властен. Мне кажется, на моем теле есть морщины, выжженные пятна, гнойники, пылающие, как вулканы. Или как язвы. Или как пустыня. Я — загадка для самого себя. Один я или нас двое? Кто я — свет или тень? Туннель ведет в мир, я торопливо карабкаюсь вперед и попадаю туда, где живете вы. Главная проблема всего божественного — в том, что люди ожидают от вас чего-то огромного и могучего. Ожидают мгновенного результата... Она разговаривает с Архоном Процессия прошла уже полпути вниз, и только тогда Мирани перестала дрожать и смогла идти достаточно твердым шагом. Маска была велика, прорези для глаз расставлены слишком широко, и сквозь них она почти ничего не видела. А в удушливом зное, когда над дорогой клубится едкая пыль, жужжат мухи, мерцают на горизонте миражи, глаза и вовсе отказывались служить. Мирани смахнула с лица выбившуюся

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — Он отступил, склонив голову под низким проемом. — Когда станешь Архоном, когда выйдешь на солнце и увидишь за спиной свою тень, вспомни обо мне и моем царстве. Потому что у меня тоже есть царство, в котором каждый является копией того, что есть у тебя наверху. Или все наоборот?

Алексос кивнул. Его глаза потемнели....

— Я не забуду.

— Иди, — поторопил его Шакал. За дверью туннель расширился, превратился в коридор. Похоже на ворота в квартал писцов, подумала Мирани. На первой ступеньке лестницы, ведущей на поверхность, она обернулась и, крепко сжимая в руках чашу, посмотрела назад.

Но сзади уже никого не было.

У входа в Оракул Процессия

остановилась. Носильщики опустили пустой паланкин, солдаты с наслаждением облокотились о копья. Аргелин натянул поводья белого коня. Вдалеке, над темным морем, занималась заря. Огненная красная полоска прорезала облака.

Девятеро жриц молчали.

Гласительница в высоком, сложном головном уборе из гравированных кристаллов и ляпис-лазури обернулась к девушкам. Сквозь узкие прорези маски внимательно смотрели темные глаза.

— Носительница, — тихо окликнула она.

Маска заглушала голос, и простое слово это прозвучало гулко, искаженно, как хриплый потусторонний зов.

В первое мгновение никто не сдвинулся с места; потом одна из девушек в конце шеренги отдала гирлянду своей соседке и сделала шаг вперед. Движения ее были скованны, как будто страх парализовал мышцы, мешал переставлять ноги.

Две жрицы вошли в каменный проем.

В лучах разгорающейся зари они молча прошествовали по каменным плитам тропинки: одна высокая, другая пониже; поднялись по истертым ступеням и вышли на

каменную площадку. Ветер с моря раздувал волосы. Гласительница сняла тяжелую маску и глубоко вздохнула. Лицо ее было полно решимости. Девушка обернулась.

— Ты знаешь, что делать. Возьми чашу.

— Ретия, прошу тебя! Я не смогу. Я не справлюсь!

Улыбающееся золотое лицо приглушило отчаянный, полный ужаса крик. Ретия нахмурилась.

— Справишься, Крисса! Справишься ради Мирани, потому что это наименьшее, что ты сейчас можешь для нее сделать. — Она подняла тяжелую бронзовую чашу и сунула ее в дрожащие руки Криссы. — Если ты была права и она предательница, Бог смилостивится над тобой. Чего тебе бояться?!

Голубые глаза под маской наполнились слезами.

— Я поступила так только из-за Гермии.

— Врешь! — Ретия подошла к Оракулу. — Встань на колени. И молись.

Она глубоко вздохнула и начала произносить слова, которые заучила много лет назад, точно так же, как заучила все молитвы и ритуалы, все обычаи Острова. Широко раскинув руки, она говорила на языке богов, и сердце ее полнилось буйной радостью. Что бы ни случилось, она хоть недолго, хоть один раз побывает Гласительницей От Имени Бога, и никто у нее этого права не отнимет.