— С радостью готова уступить, — не задумываясь выпалила Фиона и улыбнулась Тире.
Может быть, они сумеют подружиться с этой девушкой. Это было бы очень кстати.
— Кто тебя спрашивает? — удивился Торн. — Тира, отправляйся к моему отцу и брату и делай, что они скажут. А мыть меня будет отныне твоей обязанностью, Фиона.
Тира бросила на Фиону такой взгляд, что сразу стало ясно: дружбе между ними не бывать.
— Если твоя новая рабыня не угодит тебе как надо, хозяин, я в любую минуту с радостью заменю ее, — сказала Тира.
Она состроила гримаску на своем хорошеньком личике, поправила юбку и выпорхнула вон из бани, сверкнув на прощание стройными лодыжками.
— Ты знатный человек? — поинтересовалась
Фиона.
— Да. Мой отец — ярл. Это по-вашему то же самое, что граф. Он в большом фаворе у нашего конунга Харальда Рыжего. А теперь хватит болтать, помоги мне раздеться — вода остынет.
— Нет, хозяин, — копируя интонации Тиры, ответила Фиона.
— Не испытывай мое терпение! — Торн с грохотом поставил на скамью свою ногу и толкнул Фиону в шею так, что она упала на колени. — Снимай сапоги.
Фиона стиснула зубы и… подчинилась.
Когда она, развязав ремни, стащила с Торна оба сапога и поднялась с колен, у нее не только разжались зубы, но и приоткрылся рот, потому что Торн успел освободиться от кольчуги и нижней рубахи и теперь преспокойно скинул штаны и предстал перед Фионой совершенно обнаженным. Она невольно подумала о том, насколько же голый человек не похож на себя самого одетого. Грудь Торна покрывали волосы — светлые, тонкие. Ниже, на животе, они становились темнее и гуще и наконец превращались в изрядную поросль, сбегая к паху. Тело викинга было все в шрамах, подживших и совсем свежих, еще не зарубцевавшихся, ярко-красных.
Под кожей перекатывались плотные жесткие мускулы.
И — ни грамма жира на всем теле.
Фиона впервые видела полностью обнаженного мужчину. Чувствуя, что выглядит глупо, она все равно не могла отвести изумленного взгляда от его возбужденной плоти.
Сам же Торн, казалось, чувствовал себя совершенно естественно. Он спокойно подошел к огромной лохани и легко залез в воду.
— Давай, — поманил он Фиону пальцем. — Вода отличная.
— Нет, я потом, — воспротивилась Фиона.
— Ты не сможешь вымыть меня, оставаясь снаружи. Давай, давай! Или ты ждешь, чтобы я сорвал с тебя твои тряпки?
Последняя надежда Фионы — на то, что, может быть, ей удастся остаться одетой, рухнула.
— Раздевайся, чего ты ждешь? — поторопил ее Торн. — Стесняешься? Так я уж видел тебя голой.
Новая волна краски залила щеки Фионы. Все правильно. Он уже видел ее обнаженной, и Фиона никак не могла об этом забыть.
— Но, может быть, все-таки Тира, я ничего не умею, — начала она, пытаясь все еще избежать неотвратимого.
— У Тиры другие дела. И хватит болтать.






