ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дар, Автор - Дуглас Кирк, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Дар Дуглас Кирк Дар, Автор - Дуглас Кирк, , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. ПРОЛОГ ЛИССАБОН, ПОРТУГАЛИЯ Изящная ручка с кроваво-красными ноготками выскользнула из тесной ниши в плохо освещенном коридоре и ухватила Мигеля Кардигу за локоть. – Исабель! Что ты здесь делаешь? Исабель воровато осмотрела коридор: первые зрители уже потянулись в сторону арены, торопясь занять лучшие места на последней в этом сезоне корриде. Затем привлекла его к себе в нишу. – Я хочу тебя, – выдохнула она, алчно ища его губы своими, тогда как рука ее скользнула вниз, спеша возбудить желание. – Ради Бога, не сходи с ума! Ведь твой муж – рядом. – Не беспокойся. Луи сейчас не до нас. Он подбирает тебе быка. – Исабель потянула его за рукав. – Сегодня вечером? – Да. – Он высвободил руку. – Я опаздываю. Мне нужно готовиться. – На обычном месте! Она впилась ему в уста жадным поцелуем. На какое-то мгновение Мигель проводил Исабель взглядом – даже спеша по коридору она выглядела весьма соблазнительно. Но его тревожила ее теперешняя необузданность. Она шла на куда больший риск, чем матадор на арене, – ведь если ее муж узнает, он убьет их обоих. Возможно, ему не стоило бы приходить нынче вечером на свиданье… но он знал, что пойдет. Устремившись через запасной выход в свою гримерную и стараясь и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Покупатель оказался из Америки…

– Но как ты мог решиться на такое за моей спиной?

– Как я мог решиться? Ты, наверное, забыл, чем я, строго говоря, занимаюсь. Я готовлю лошадей – а потом продаю. Так что не могу понять тебя, Мигель. Мне за них великолепно заплатили – триста тысяч долларов США.

– Но нельзя было продавать Ультимато!

– Мигель, посмотри на вещи здраво. Ты ведь возвратил его мне.

– А сейчас передумал.

– Но уже поздно. Сделка заключена. Я дал слово. Мигель посмотрел на отца: старику все это было весьма неприятно. Да, подумал он, отец дал слово, а это для него вопрос чести. Он никогда не возьмет своего слова назад. Даже ради сына.

– А кто этот американский покупатель? – поинтересовался он.

– Собственно говоря, покупательница. – Пауло бросил взгляд в свои записи. – Патриция Деннисон.

– Хочешь сказать, какая-нибудь американка средних лет, какая-нибудь толстуха будет восседать на

спине у этого изумительного жеребца?

– Она не средних лет и вовсе не толстуха. Собственно говоря, она просто замечательно относится к лошадям.

– А ездить на них она умеет?

– Ей еще предстоит многому научиться. Но я включил в контракт особый пункт. Если покупатель не сможет обращаться с лошадьми, как следует, то мы вправе расторгнуть договор.

– Ну, и как ты собираешься проследить за выполнением этого условия через Атлантический океан?

– На протяжении шести месяцев коней будет сопровождать мастер-наездник. Ему же предстоит и учить владелицу.

– На протяжении шести месяцев?

– Таков контракт.

– И она этого потребовала?

– Нет, Мигель, этого потребовал я. Я никогда не продал бы лошадей из своей конюшни человеку, не прошедшему надлежащей подготовки.

– Ну, и кто же отправится с лошадьми?

– Филипе.

– Филипе?

– Он хороший мастер и на него можно положиться.

– Но он тебе нужен здесь, в Центре. Нет, с лошадьми поеду я.

– Ты?

– Я готовил Ультимато – мне и решать, достойна ли его новая владелица на нем ездить.

Бесшумно вырос Мигель в проеме дверей, ведущих в столовую, наблюдая за тем, как Исабель украшает стол желтыми орхидеями, безукоризненно соответствующими цвету ее платья. Вне всякого сомнения, она была хороша. Она не поглядела в его сторону, но от него не ускользнуло, что женщина заметила его появление, – краска прихлынула к ее длинной, изящной шее и постепенно разлилась по щекам.

В последний раз им довелось заниматься любовью накануне того рокового поединка. Сколько раз с тех пор он в отчаянии раскидывался на постели, представляя себе, будто

она вновь очутилась в его объятьях. В своих фантазиях Мигель не был безногим калекой, в фантазиях он не рисковал вызвать у нее дрожь отвращения.