Бонни, что ты делаешь? Звонишь Мередит?
От неожиданности Бонни подскочила.
– Да.
– Тогда попрощайся с ней за нас, и скажи, что мы все ее любим. Присмотри за всеми в городе, мы будем на связи…
Когда красный Ягуар развернулся и отъехал от дома, Бонни произнесла в телефонную трубку:
– Да, ты права. Она однозначно уезжает. Не знаю, куда собирается Дамон – в машине его не было.
Пару мгновений она выслушивала ответ, а потом сказала:
– Хорошо, сделаю. Увидимся.
Она положила трубку и принялась за дело.
*
Дорогой дневник!
Сегодня я убежала из дома.
Хотя едва ли это можно назвать «убежала», когда тебе почти восемнадцать, ты берешь свою собственную машину и, честно говоря, никто и не знал, что ты вообще была дома. Так что я просто скажу, что теперь я в бегах.
Другая поразительная вещь – я убежала с двумя парнями. И ни один из них не мой парень.
Я так говорю, конечно, но… не могу не вспоминать. Тот взгляд в глазах Мэтта на поляне – я совершенно уверена, что он был готов умереть, защищая меня. Я не могу не думать о том, кем мы однажды были друг для друга. Эти голубые глаза… не знаю, что со мной не так!
И Дамон. Теперь я знаю, что под слоями и слоями камня, в который он спрятал свою душу, если живая плоть. Она глубоко спрятана, но есть. И, если уж быть откровенной сама с собой, я не могу не признать, что временами он задевает какую-то струнку глубоко во мне, которая заставляет меня дрожать. Эта та часть меня,
которую я никак не могу понять.
Елена! Прекрати сейчас же! Ты не можешь даже приближаться к той темной части твоей души, особенно сейчас, когда у тебя есть Сила. Не смей к ней приближаться! Теперь все иначе, и ты должна быть ответственнее, чем раньше (а с ответственностью у тебя всегда было плохо!).
И Мередит больше нет рядом, чтобы помочь мне стать ответственнее. И как это вообще может устроиться? Дамон и Мэтт в одной машине? Путешествие втроем? Попробуй представить. Сегодня было уже поздно, и Мэтт до сих пор в шоке, поэтому все обошлось. А Дамон только ухмылялся. Но завтра он непременно будет в своей дьявольской форме, это я точно знаю.
Очень жаль, что Шиничи пришлось забрать Крылья Искупления у Дамона вместе со всеми его воспоминаниями. Но я верю, что где-то там осталась крошечная часть Дамона, которая помнит, каким он был, пока мы были вместе. И как ему пришлось стать еще хуже, чем обычно, чтобы доказать, что все его воспоминания – ложь.
Так что раз уж ты это читаешь, Дамон – я знаю, что так или иначе ты досюда доберешься и заглянешь внутрь – давай-ка я скажу тебе, что ты был милым, по-настоящему МИЛЫМ, и это было здорово. Мы разговаривали. Мы даже смеялись – над одними и теми же шутками. И ты… ты был нежным.






