ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ТРИ БРАТА, Автор - Гордон Илья Зиновьевич, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. ТРИ БРАТА Гордон Илья Зиновьевич ТРИ БРАТА, Автор - Гордон Илья Зиновьевич, , Жанр - Историческая проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. ИЛЬЯ ГОРДОН И ЕГО ГЕРОИ Широкому кругу читателей Илья Зиновьевич Гордон известен прежде всего своими романами, повестями и рассказами из жизни деревни. Своеобразие его творчества именно в том и заключается, что он глубоко исследовал и художественно разработал новую тему, до него почти не поднимавшуюся в еврейской литературе, – тему деревни. Писатель создал новый для литературы образ еврейского «мужика», тип труженика деревни, всесторонне раскрыл его психологию, его быт, жизненные конфликты, его труд и окружающую его природу. Уже первая его повесть, «Вилдгроз» (в русском переводе – «Бурьян»; в последующих изданиях – «В степи», 1927), свидетельствовала о приходе в литературу талантливого художника-реалиста. А за ней последовали многочисленные рассказы, повести, романы («Ингул-Бояр», «Три брата», «Разбойники», «Ливень», «Мыши» и др.), которые принесли ему заслуженное признание, определили его место в еврейской советской литературе. Произведения И. Гордона воссоздают широкую картину еврейской деревни в ее социально-историческом развитии. Гордон и художник, и историк еврейского крестьянства, художественный летописец его жизни, труда и борьбы, его радостей и страданий на протяже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Понурив головы, стояли у могилы все провожавшие в последний путь покойницу. Бер долго глядел на черную землю могилы, потом в унылом раздумье кивнул сыновьям, что пора, мол, читать заупокойную молитву – кадиш. Все трое, не очень твердо знавшие молитвы, ждали, чтобы кто-нибудь из них первым начал. С минуту братья переглядывались. Наконец Танхум набрался смелости.

Заглядывая в молитвенник, он медленно и сбивчиво бормотал непонятные ему слова. Братья, схватывая на лету отдельные отрывочные слова, повторяли за ним. Кончив заупокойную молитву, опустили тело в могилу и засыпали землей. Женщины еще поплакали. Потом все, убитые горем и усталые, еле волоча ноги, поплелись домой.

Зайдя

в хатенку, Бер и сыновья невольно взглянули на опустевшую кровать, где вчера еще лежала живая Пелта. Сердце сжалось от боли. Бер разулся и, согласно установленному обычаю, сел на пол – справлять семидневный траур.

– Чего стоите? – обратился он к сыновьям.

Они тоже разулись и сели рядом с отцом.

Гнетущая тоска охватила Бера. Сыновья, думал он, поженятся, поделят между собой его землю и разбредутся кто куда, а он останется один-одинешенек.

Еле слышно вошел к ним в хатенку Юдель Пейтрах. Его густая черная борода была запылена, маленькие темные мышиные глазки беспокойно бегали. Ни с кем не поздоровавшись, – как и полагается, когда заходишь к людям, справляющим траур, – он опустил голову и, придав лицу грустное выражение, сказал:

– Пришел принести вам слова утешения. Так положено по нашему закону. Но чем можно вас утешить, когда горе ваше велико? В Священном писании сказано: «Господь дал, господь взял, да будет благословенно имя его и ныне и вовеки».

Эти слова он произнес тихим голосом, нараспев, как поют молитву.

Приход Юделя растрогал Бера. Никогда он к нему в дом не заходил, при встрече руки не подавал, едва отвечал на приветствие. Как все состоятельные люди, Юдель был высокомерен и в грош не ставил бедняка. Оказывается, он вовсе не такой уж плохой, как ему казалось, и даже, можно сказать, сердечный и отзывчивый человек.

– А сколько лет было вашей покойнице, царство ей небесное? – спросил Юдель.

– Шестьдесят, – ответил Бер. – Да будет она там, на том свете, заступницей за грехи наши!

– Всего шестьдесят? Ай-я-яй, совсем еще не старая! Ей бы еще жить да жить. Не дожила даже, бедняжка, до женитьбы своих сыновей.

– Что и говорить, реб Юдель, горе наше велико. Но ничего не поделаешь, – развел руками Бер. – Она долго болела,

мучилась, а последнее время и с постели не вставала.

– Да, да, настрадалась она немало, – сочувственно покачал головой Юдель. – Праведница она у вас была, добрая душа, а господь любит таких и забирает их к себе.