На этот раз Ханнаор ни разу не засомневался в выборе направления. Он бежал все так же быстро, хотя начал уже тяжело дышать. Соланна все время бежала легко, не отставая от него.
— Все, — вдруг прохрипел Ханнаор, остановившись. — Надо передохнуть, иначе мне будет плохо.
Он оперся рукой о стену, склонил на нее лицо и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Прошло немного времени и его дыхание успокоилось.
— Подождите меня здесь, — жрец серьезно взглянул на девушку. — Я не уверен, что ваше присутствие порадует бога Кхоран'дана. Я попытаюсь напомнить ему, что он обещал нам помочь.
Когда Ханнаор исчез за поворотом коридора, Соланна забеспокоилась. Медленно и осторожно она подкралась к повороту и, выглянув из-за угла, стала внимательно наблюдать за тем, что делается в пещере.
Прямо
у входа в пещеру был виден странный прямоугольный алтарь, вырезанный из чистейшего мессантийского мрамора. Высота его превосходила два человеческих роста, ширина — половину роста взрослого человека. Весь он был розовый, полупрозрачный, по бокам покрытый резьбой, а по углам его возвышались четыре столбика из черного камня, поддерживающие своими верхушками светло-голубой балдахин.
Ханнаор осторожно приближался к алтарю, все время тревожно оглядываясь по сторонам, как будто опасался, что внезапно возникший откуда-нибудь меч отрубит ему голову. Но даже если он и вправду этого боялся, он сумел преодолеть свой страх и подошел вплотную к алтарю.
Взобравшись на балдахин, он лег на него сверху, так что голова и ноги его свисали с боков алтаря.
— О, бог мой! — прокричал он в тишине. — О, Кхоран'дан, помоги! Отдаю Тебе свою жизнь! Только для Тебя живу! Только Тебе служу!
«Как примитивно», — мелькнуло в голове Соланны, выглядывавшей из-за угла. «Так
общаются только с простейшими морскими богами. Наверное, потому что они слишком молоды?» — решила она, потому что сама общалась с силами, многократно старшими по возрасту.
В пустоте над Ханнаором медленно возникла туманная фигура бога Кореддана. Полное туловище с короткими ногами и четырьмя руками, сложенными на пухлой груди. Нечеловеческое лицо переливалось всеми цветами радуги, на нем отсутствовали и нос, и рот. Вместо них лицо разделяла пополам вертикальная трещина, заканчивающаяся прямо под глазами, которые светились желтым светом. Бог взглянул на своего жреца. Тот открыл рот и пропел призывную мелодию. Кхоран'дан, расставив все четыре руки в стороны, огляделся вокруг, а потом вдруг посинел.
Соланна тихонько вскрикнула. Ничего подобного ей в жизни не приходилось ни видеть, ни слышать.
Из желтых глаз бога засверкали молнии, перекрещиваясь в пустом пространстве подземной пещеры.






