Не без грусти смотрела она на свою комнатку: здесь она была счастлива, была и несчастна. Попрощалась взглядом с кухней, с верандой, с садом. Сеньоре Уркиаге тоже было грустно – детей у нее не было, она
привязалась к Марии, но расставание было неизбежно, так что не о чем было и говорить. Сеньора пообещала помочь, если понадобится, пожелала благополучного разрешения, и они простились…
Мария вступала в другую жизнь.
Страшновато было Марии переступать порог больницы. Но она его все-таки переступила. Ее встретила пожилая монахиня в высоком белом чепце, усадила, записала имя, фамилию. Спросила о муже.
– Не замужем, – ответила Мария. – А много в больнице женщин? – отважилась спросить она.
– Много, – ответила монахиня.
– И все замужем?
– Почти все.
– Хорошо тем, чьих детей с нетерпением ждут отцы!
– Миг рождения не разделить ни с кем. Каждая в этот миг одинока. И в помощь ей только Бог.
Хуан Карлос и сам не знал, что его мучает: самолюбие, любовь, обида, тревога… Все вместе. Он не мог смириться с тем, что Мария отстранила его и пошла дальше сама. Неужели она не нуждается в нем? Неужели ему нечего дать даже простой деревенской девушке? Нечего дать собственному сыну? Лорена чувствовала: брат подавлен, нервничает. Ей захотелось помочь ему, отвлечь, и она попросила его помочь устроить праздник, ей хочется отметить свой день рождения, пусть он пригласит университетских приятелей, а она позовет подруг. Хуан Карлос пообещал.
– Пригласи и Альберто, – попросила Лорена.
– С невестой или без нее? – поинтересовался Хуан Карлос, бросив внимательный взгляд на сестру.
– Как угодно, – сухо ответила Лорена.
Она недолюбливала невесту Альберто, Бренду. Зато Альберто ей нравился. Нравились его высокий рост, стройность, выразительные глаза; нравилась ровная доброжелательность, уравновешенность. Он без ущерба совмещал учебу с развлечениями. Был всегда вежлив, корректен, то есть воплощал в себе все то, что считалось хорошим тоном и что превыше всего ценила Лорена.
Ох уж эти мальчишки: подрастают, своевольничают. Виктор был недоволен Маркосом – возвращается поздно, поутру
просыпает школу. Вот и сегодня спит как младенец. Но если уж Виктор вместо отца младшим братьям, то он сделает все, чтобы мальчишки стали мужчинами!
Маркосу вставать не хочется: рано, холодно. А мама почему не разбудила?
– Мало у мамы дел! Не хватало еще будить лентяев! Быстро под душ, а я пока сварю кофе, есть серьезный разговор!
И вот они сидят за столом, большим обеденным столом, где всем хватает места, всем – и своим, и чужим, сидят – старший брат и младший. Старший ласково и в то же время строго смотрит на младшего, он знает, чего он от него хочет.






