Мария похудела, глаза еще больше выделялись на осунувшемся лице, но в них светилась радость: ей давалось шитье, и оно было ей по душе. Зато не очень по душе хозяйка, ее вечные капризы. Но что она могла поделать? Только терпеть. Терпеть щемящую боль за своего беспомощного мальчика, который звал ее и так долго не мог дозваться…
Рита забежала к донье Мати и поделилась тем, что видела в доме, где работала Мария. Донья Мати покачала головой: беда, беда, но на что можно надеяться? Не так-то много желающих держать служанку с маленьким ребенком. Пока лежит в кровати – еще туда-сюда, а как ходить начнет?
Жителей маленького дворика взволновала судьба Марии. Дон Чема предложил у себя в комнатенке положить матрац, он будет спать на нем, а Перлита поможет присмотреть за ребенком…
– Ах, дон Чема, все мы знаем ваше золотое сердце, – сказала донья Мати. – Но Мария так горда, никому не захочет быть в тягость… Пусть хотя бы в гости пришла, если выберется
свободная минутка.
Виктор заглянул к Марии, пригласил ее в гости.
– Ухажеров завела, только этого еще не хватало! – услышал он голос хозяйки. – Не вздумай подарить своему крикуну братишку!
Но минутка все-таки выдалась: хозяйка в четверг собирала гостей, и Мария была вынуждена пропустить занятия, поэтому воскресенье у нее освободилось, и, принарядив своего смугленького черноглазого малыша, она отправилась в гости. Все обрадовались Марии, ее малышу, нашли, что Мария похорошела, а платье ей чудо как к лицу.
– Сама сшила, – сказала Мария, – теперь шью хозяйке, рада, что могу попрактиковаться.
– Гроши платит, и шить еще заставляет! – возмутилась Рита, сверкая глазами.
Мария смотрела на нее со спокойной улыбкой.
– Для меня самое главное – научиться шить. Вот увидишь: придет время, и все заговорят о модельере Марии Лопес.
Рита рассмеялась, а Виктор, покачав головой, посетовал:
– Тебе бы в школу ходить! Я понять не могу, как можно бросить учебу из-за шитья!
– Мне нужна профессия, маэстро. В ней мое спасение и спасение сына. Буду портнихой и не буду зависеть ни от каких хозяев. И ради этого я пока согласна терпеть любые прихоти, раз мне дают возможность учиться.
– Мария права, – поддержала ее донья Мати. – Ей нужно кормиться, одеваться, и, конечно, лучше всего будет, если она научится шить…
Мария ушла. Виктор, задумавшись, сидел у обеденного стола. Донья Мати, хлопоча по хозяйству, сочувственно поглядывала на своего первенца. Уж кто-кто, а она понимала, что с ним творится: его тревожила судьба Марии, она была ему по душе. Вдруг лицо доньи Мати просветлело.
– Сынок! –
окликнула она Виктора, – а что если мы освободим комнату, которая выходит во двор и служит нам кладовкой? Она довольно большая, вполне подойдет Марии, да и что ей особенно нужно? Люлька, швейная машинка и кровать.






