Может слушать меня тебе неприятно, но я говорю то, что есть, и говорю для твоего же блага. Я не хотела бы, чтобы ты пошла по рукам – от одного к другому, как последняя…
– Вы совсем не знаете меня, сеньора…
– Знаю, прекрасно знаю. Вижу тебя насквозь. Ты же все мои слова уже пропустила мимо ушей! И надеешься, что своего добьешься! Ты
же все-таки уходишь?
– Да, сеньора, ухожу, и надеюсь, что добьюсь своего.
– Тогда и ждать тебе нечего! Таким в моем доме не место. Собирай свои вещички и марш отсюда! Только я сперва проверю, чего ты добилась в моем доме. Может, и тут чего-нибудь прихватила…
Мария просто онемела от неожиданности, но потом, покачав головой, направилась к себе в каморку и принялась укладывать свои нехитрые пожитки. Вот она уже стоит на пороге, ребенок на руках и еще картонная коробка. Сеньора распорядилась развязать коробку, брезгливо поморщившись; запретила положить малыша в кресло – нет-нет, он все испачкает! – проверила и, насмешливо пожелав счастливого пути, громко захлопнула дверь.
Мария постояла, еще раз покачала головой, но затем гордо подняла ее и решительно зашагала по знакомой улице, к знакомому дворику, крепко прижав к себе малыша.
Сеньора Мати удивленно подняла голову, услышав приветствие Марии.
– Вот приятный сюрприз! А Виктор сказал, что ты зайдешь к нам во вторник.
– Мне отказали от места.
– Как так?
– Я предупредила, что скоро уйду, хозяйка рассердилась и велела убираться немедленно.
– Давай-ка мне малыша. Он спит?
– Спит.
– Тогда неси его в дом, положи на мою кровать.
– Не думайте обо мне плохо, донья Мати, но мне больше некуда пойти.
– А больше никуда ходить и не надо. Только знаешь, какая у нас незадача? В твоей комнате пока полным-полно старого хлама…
Прибежавшая Рита затараторила.
– Да мы сейчас, в одну минуту, в четыре руки… Моя хозяйка как услышала, что случилось, так меня и отпустила… Я свободна, я помогу… А твоя-то ведьма так кричала, так кричала!.. Весь дом знает, какая она злющая. Дочку никак с рук не сбудет, вот и ненавидит всех на свете…
– Ничего, девушки, все к лучшему.
Девушки принялись за уборку. Вернулись с работы Виктор, потом дон Чема, дон Куко. Узнав о перемене в жизни Марии, каждый предлагал
свою помощь. Во дворе закипела работа, нашлась краска, нашлись кисти. Мужчины принялись белить и красить. Маркое куда-то бегал, потом суетился со старыми вещами, потом поволок куда-то старый матрац… Как была благодарна Мария всем этим людям! Она не находила слов, да и можно ли только словами отблагодарить за доброту и душевную щедрость? Про себя Мария тихонько молилась за тех, кто ей помогает и кому хотела быть в помощь она сама. Ночевала Мария у дона Чемы, донья Мати возилась с ее малышом.
Прошло несколько дней, краска высохла, и Мария переселилась в свою собственную комнату.






