ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сентябрь, Автор - Путрамент Ежи, , Жанр - Военная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Сентябрь Путрамент Ежи Сентябрь, Автор - Путрамент Ежи, , Жанр - Военная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Предисловие 14 ноября 1910 года офицеры 120-го Серпуховского пехотного полка, дислоцированного в Минске, поздравляли своего сослуживца поручика Владислава Путрамента с рождением сына Ежи. Будущее первенца родители представляли по-разному. Отец предпочитал бы видеть его кадровым военным. Мать, преклонявшаяся перед Львом Толстым, прочила сыну литературную карьеру, тем более что сам факт рождения его за несколько дней до кончины великого русского писателя представлялся ей весьма знаменательным. Очень рано начала она побуждать мальчика к сочинительству, поощряла его опыты в гимназическом журнале «Эхо школьне». Не без улыбки вспоминает детство и семейные легенды в своих мемуарах Ежи Путрамент, ныне видный польский писатель, публицист и общественный деятель, кавалер высших орденов ПНР. Впрочем, те «доисторические времена», надо сказать, оставили добрый и заметный след. Ведь именно тогда доступное лишь детскому сердцу удивительно полное слияние с природой вызывало у него тревожное желание остановить для себя и для других слишком быструю смену голосов и красок, которыми столь богаты поля, леса и воды. А потом вдруг оказалось: остановить что-либо, сберечь навсегда можно, лишь запечатлев на бумаге. Так обнаружив

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И в нашем сознании возникает стержневой ассоциативный образ, не только связующий воедино новеллы, но и побуждающий к интенсивной работе мысль читателя. Пустые, ненавидящие глаза врага… Глаза Гитлера и его подручных, разглядывающих карту фронта, прорванного советскими войсками под Сталинградом, глаза карателей, выслеживающих партизанский отряд, глаза Августина, бывшего полковника Армии Крайовой, который буквально гипнотизирует юную Барбару, пытаясь завербовать ее в антисоциалистическое подполье. Умудренные опытом давних и недавних событий, мы дополняем мысленно этот ряд новыми воплощениями пустоглазого врага: итальянским неофашистом, готовящимся

метнуть бомбу в толпу, заокеанским «ястребом», ратующим против смягчения Международной напряженности, кликушей-маоистом, который подстрекает к бунту незрелую молодежь. И с новой силой убеждаемся, что умение быть бдительным, помогавшее партизанскому вожаку на войне («Истоки»), необходимо и в мирное время.

Нельзя не заметить, что в сборнике успешно применяются приемы изображения, апробированные в романе «Сентябрь». Например, показ врагов в кризисных, способствующих предельному саморазоблачению ситуациях. Поэтому отрицательные персонажи Путрамента — и те, которым сохранены в сборнике подлинные имена, и «раздокументированные», и вымышленные — отнюдь не являются лишь опознавательными знаками эпохи. «Трибуна люду» назвала созданный Путраментом портрет Гитлера («Пустые глаза») самым убедительным в польской беллетристике.

Принципиально по-новому изображен и генерал-губернатор Франк. Во всяком случае, по сравнению с его, казалось бы, наиболее достоверным в европейской литературе портретом, нарисованным в романе «Капут» Курцио Малапарте, который, будучи опальным журналистом, отправленным Муссолини на Восточный фронт ради «исправления», посещал резиденцию Франка в Кракове, беседовал с ним.

Оба писателя, польский и итальянский, выступают как разоблачители. Но если Малапарте прежде всего обнажает в «некоронованном короле Польши»

пошляка и выскочку, претендующего на интеллектуальность и аристократизм, то у Путрамента он куда отвратительней и страшнее в своей будничной деловитости обер-палача польского народа. И вместе с тем гитлеровский сановник жалок и напуган растущим антифашистским Сопротивлением. Автор удачно использует невольное признание Франка о возникающем в Польше новом партизанском фронте, прозвучавшее на фоне тревожных вестей, которые поступают в гитлеровский штаб из-под Сталинграда, чтобы создать в рассказе ощущение наступательного порыва двух братских народов, внести отчетливую эпическую интонацию.

Среди ценных издательских инициатив А. М.