ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сентябрь, Автор - Путрамент Ежи, , Жанр - Военная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Сентябрь Путрамент Ежи Сентябрь, Автор - Путрамент Ежи, , Жанр - Военная проза, Проза. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Предисловие 14 ноября 1910 года офицеры 120-го Серпуховского пехотного полка, дислоцированного в Минске, поздравляли своего сослуживца поручика Владислава Путрамента с рождением сына Ежи. Будущее первенца родители представляли по-разному. Отец предпочитал бы видеть его кадровым военным. Мать, преклонявшаяся перед Львом Толстым, прочила сыну литературную карьеру, тем более что сам факт рождения его за несколько дней до кончины великого русского писателя представлялся ей весьма знаменательным. Очень рано начала она побуждать мальчика к сочинительству, поощряла его опыты в гимназическом журнале «Эхо школьне». Не без улыбки вспоминает детство и семейные легенды в своих мемуарах Ежи Путрамент, ныне видный польский писатель, публицист и общественный деятель, кавалер высших орденов ПНР. Впрочем, те «доисторические времена», надо сказать, оставили добрый и заметный след. Ведь именно тогда доступное лишь детскому сердцу удивительно полное слияние с природой вызывало у него тревожное желание остановить для себя и для других слишком быструю смену голосов и красок, которыми столь богаты поля, леса и воды. А потом вдруг оказалось: остановить что-либо, сберечь навсегда можно, лишь запечатлев на бумаге. Так обнаружив

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Горького известна глобальная по своему охвату серия романов «История молодого человека XIX века». Нечто подобное, но на польском материале и в иных временных рамках осуществил собственными силами Ежи Путрамент. В целом ряде своих книг и рассказов, часто являющихся набросками к большим полотнам, он стремится последовательно, на конкретном историческом фоне проследить судьбы молодого поляка начиная с 30-х годов XX века, в непосредственной связи с проблемой мировоззренческого выбора. В «Действительности» он показывает молодежный редакционный коллектив, который борется против фашизации страны и военной угрозы.

В «Сентябре» — молодых героических участников событий 1939 года.

Отсюда закономерен и пристальный интерес писателя к проблеме польских «Колумбов», как с легкой руки Р. Братного, автора романа «Колумбы, год рождения 1920» (1957), были названы молодые солдаты подпольной Армии Крайовой, созданной эмигрантским лондонским правительством для осуществления

своих политических целей. Впервые эту проблему Путрамент затронул в романе «Перепутья» (1954). Есть упоминания об аковцах в романах «Вепрь» (1964) и «Маловеры» (1967). Крупным планом они показаны в таких книгах, как «Пуща» (1966) и «Болдын» (1969). Здесь всесторонне рассматриваются некоторые сложные вопросы антифашистского Сопротивления и последствий войны. Оба эти произведения примечательны и тем, что в них ярко проявились черты литератора-бойца. Вот почему роман «Пуща» — о судьбе бывшего солдата Армии Крайовой, принципиально самоустранившегося от активного участия в строительстве новой жизни, — звучит как гневное обличение мещанской ограниченности. А в романе «Болдын» — об аковце уже иного плана, порывающем с лондонским подпольем еще в годы войны, — постепенно выкристаллизовывается важная тема сознательного идейного выбора.

Романист понимал, что развенчанный в «Пуще» внутренний эмигрант Пиотровский не представляет всей массы аковцев, подавляющее большинство которых включилось в социалистическое строительство. В романе «Маловеры» он вывел «Колумба» иного плана. Это Войцех Пашкевич, устроившийся по заданию вражеского подполья литсотрудником в редакцию газеты «Пшиятель». Доброе отношение старых коммунистов, интересная работа в дружном коллективе, атмосфера энтузиазма заставляют Пашкевича многое переоценить. Он решает покончить с угнетающей его двойной жизнью. И этот первый позитивный шаг оборачивается для бывшего аковца трагедией: сообщники ликвидируют его, заподозрив в предательстве. Исчезновение Пашкевича со страниц романа «Маловеры» выглядит несколько преждевременным. Однако здесь намечается новая для писателя трактовка образа «Колумба».