Загляделся, — пробормотал Платон.
После всех приключений
"Обсидиановая бабочка" стремительно уносилась в космос, теперь домой, к Земле. Опять новенькая, в очередной раз обновленная на базе РЗМ, сейчас тяжело нагруженная золотом. Все опять были здесь, вместе, даже вечно арестованные Томсон и Джеррисон тоже. Прибавилась еще банкирша Левкиппа. Та теперь целыми днями молчала, отвернувшись в угол и глядя на стену, неузнаваемая, будто
наказанная еще и отсутствием косметики.
— А вы двое, оказывается, чем-то похожи, — сказал Диане Платон. Он сидел сейчас на груде какой-то дробной и колючей ювелирной мелочи. Эти золотые завалы быстро стали предметом будничным и даже уже немного досадным. Мешали здесь, в кают-компании. — Страстью к приключениям, — продолжил Платон. — Обе вы авантюристки. Знаешь, мне Левкиппу даже немного жалко.
Диана в знакомом кожаном комбинезоне сидела на краю бассейна. Золотой бог, потеснив каменную копию, сейчас тоже стоял здесь. Волосы Дианы на его фоне наводили на мысль, что золотой цвет, оказывается, бывает совсем разным, в нем столько оттенков.
— Ну да, — довольно равнодушно отозвалась Диана. — Не миновать ей тридцати суток за хулиганство первой степени, отягченное обстоятельствами. Конечно, похожи. Еще и тем, что она, оказывается, тоже влюбилась в тебя. В её пятьдесят или сто лет. Меня смеёт! — возмущенно закончила она.
— Знаешь, найди ей в университете какого-нибудь пожилого принца, — предложила Диана.
— Найду, — подумав, сказал Платон.
В этом полете Джеррисон Горячая Рука даже пытался за Левкиппой ухаживать:
— Ничего, Ефимовна, скоро показания из древних свитков добудут и старость победят. Все будем молодые, — пытался он ее утешать. — Опять станем красивыми, без всякой косметики.
Левкиппа гневно отворачивалась.
Пираты вообще приободрились. Сейчас из другого конца кают-компании слышался голос Томсона:
— Ничего. Как говорится, и такой срок отобьют казенные часы. Скоро время не дефицит будет, у всех будет его немеренно. Сколько угодно можно будет сидеть.
— Да, теперь таким, как ты, надо какое-то другое наказание придумать, — послышался голос Конга.
Они играли в лаун-теннис.
Ракетка летала над плитой, над головой их нового кока. Тот не замечал этого. Исполняющим обязанности кока на "Обсидиановой бабочке" теперь был этот купленный на базе РЗМ робот. Еще один прибавившийся член экипажа "Обсидиановой бабочки". Новейший, из современной органопластмассы, так называемый монофункциональный, безличностный. Большой конус на гравитоподушке с множеством рук, немного похожий на паука. Он не говорил, не было у него такой функции, и хоть слышал, но непонятно, понимал ли что-нибудь.






