Новый робот теперь постоянно возился у плиты, вместо потерявшего трудоспособность Титаныча, находился там всегда.
— Ну, давай сыграем еще сет, — сказал Конг. — Очко форы тебе даю, все-таки ты — поверженный противник.
На время полета пиратам даже поставили бочку слабенького пива, и от нее они почти не отходили.
— Пиво — это благородно, — это появился не вполне трезвый Джеррисон. — Благородно так поступать с противником. За это уважаю. У меня от этого пива даже новая болезнь открылась, неизвестная науке. Изнурез. Изнурило меня пиво, замучился его через себя пропускать.
Несмотря на редкую болезнь, рукастый Джеррисон все мастерил из подобранных в марсианских песках золотых самородков разные ювелирные украшения, даже изготовил себе золотые зубы. Подъезжал со своими колечками и кулонами к Левкиппе, но, конечно, был в очередной раз с раздражением отвергнут.
— Вот отсижу и организую фирму, — мечтал сейчас Джеррисон. — Сафари в прошлое, в хрен знает какую эру. Буду туристов туда возить — на динозавров охотиться. Томсона егерем к себе возьму. Он ничего не умеет — только
стрелять.
— Пока еще ни разу не попал, — заметил Конг.
— А здесь фабрику организую по выделке динозавровой кожи, — продолжал Джеррисон. — Чемоданы, портфели, пояса. Сумочки для баб. Машины хорошие поставлю. По новейшей технологии, чтоб двигатели на энергии времени, как у древних индейцев.
— Да нет, — отозвался Томсон. — Я долго думал и вот что решил: как только построят машину для возврата во времени, подамся в прошлое, в семнадцатый век, к пиратам.
— Давай подавайся, — заметил Конг. — Тогда уж, наконец, наверняка избавимся от тебя.
— Вот расскажу ребятам, там, в семнадцатом веке, про это золото, — продолжал Томсон. — Мол, золото, которое вы так любите, добыто на Марсе. Удивятся, наверное. Не нравится мне в веке двадцать втором. Нету сейчас размаха для меня. Таким хулиганам, как я, только к пиратам, — завершил свою речь Томсон.
Диана внезапно хлопнула в ладоши — уничтожила врага всех женщин — моль:
— Развелась здесь, пока мы на Марсе по пустыне гуляли, — будто о чем-то задумавшись, сказала она. — А котята за это время выросли и уже научились моль ловить. Укусика вон, дожидаясь нас, всю кожаную мебель от голода обгрызла. Диванами и креслами питалась. Находчивая. Но ничего, дождались, продержались. И Карпуша тоже, молодец.
Смотри, не обиделась совсем.
Это Укусика, ласкаясь, тыкалась ей в ладонь своей круглой теплой головой — соскучилась по людям. Подросшие котята карабкались по штабелям золотых слитков.
— Эх, руки скучают по работе, — доносился из-за них голос Титаныча. — Побыстрее бы в родной дом, на родную кухню, — уже не в первый раз за эти дни повторил Титаныч, хотя никаких рук у него сейчас не было.






