ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ЦИТАДЕЛЬ, Автор - Энти Фумико, , Жанр - Классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ЦИТАДЕЛЬ Энти Фумико ЦИТАДЕЛЬ, Автор - Энти Фумико, , Жанр - Классическая проза, Проза. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 РАННЕЕ ЦВЕТЕНИЕ Лето только вступало в свои права. Был тихий солнечный полдень. Кин Кусуми хлопотала по хозяйству с раннего утра. Дом её стоял на берегу реки Сумидагава в богатом квартале Ханакавадо токийского района Аса-куса. Срезав в маленьком садике несколько белых вьющихся клематисов, Кин долго возилась с цветами, любовно устраивая их в токонома [1] . До этого она вылизала до зеркального блеска две смежные комнаты на втором этаже. Окинув удовлетворённым взглядом результаты своего труда, Кин похлопала себя по натруженной пояснице и спустилась вниз по тёмной лестнице. 1 Токонома — стенная ниша с приподнятым полом в традиционном японском доме. В токонома принято ставить вазу с икэбана, вешать свиток с картиной или каллиграфической надписью. В тесной, примыкавшей к прихожей комнатке, подле зарешечённого окна сидела за шитьём её дочь Тоси. Тоси как раз пыталась вдеть нитку в ушко, держа иглу против света. В комнате плясали отражавшиеся от поверхности реки солнечные блики. Тоси подняла глаза на мать: Кин держала в руках свёрток плотной, пропитанной лаком бумаги, в которой она принесла в дом клематисы. — Часы у соседей уже пробили три… Что-то гости запаздывают… Да, матушка? — Ох, неужели уже так поздно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она и сама не могла бы сказать, что означает неистовый жар, пылавший в её груди, — жгучую ненависть или безумную страсть, — однако твёрдо решила не показывать слабости pi медленно прошествовала по коридору с бесстрастным, как маска театра Но, лицом…

27

Кун — фамильярный мужской суффикс вежливости в японском языке, используется при обращении к равным или низшим по статусу людям, а также к людям, моложе по возрасту.

Суге, выросшей в шумном Токио, Фукусима показалась почти пустыней, а магазины с полупустыми полками — нищенскими и безлюдными. Резиденция Сиракавы располагалась кварталах в шести от префектуральной управы, на улице Янаги Кодзи. В старину это была самурайская усадьба с длинным крытым въездом и боковыми пристройками, с высокими, как в храмах, верандами и огромными пустынными залами.

Через распахнутые настежь сёдзи

[28]

гардеробной виднелся сад, где росли персимоны, яблони, груши, виноград. Рядом буйно пестрели всеми оттенками зелени огород и поля.

28

Сёдзи —

раздвижные перегородки в японском доме (главным образом, между комнатой и верандой-энгава).

Дома Томо ждало новое потрясение: за время её отсутствия к усадьбе пристроили крыло. Это был отдельный флигель с тремя комнатами, выходивший прямо в сад на солнечную, южную сторону, окружённый круговой верандой. Дом источал благоуханный аромат свежесрубленного кипариса. С главной усадьбой флигель соединяла крытая галерея.

— Плотники явились, как только госпожа уехала! — со странным выражением лица сообщила горничная Сэки. С ней Сиракаву тоже связывали не вполне формальные отношения, Сэки даже просила у Томо за это прощения.

Заглянув во флигель, Томо увидела следующую картину: посреди комнаты стояло новое зеркало на подставке из шелковичного дерева, на него была наброшена алая креповая накидка с кремовым узором. В соседней гардеробной в шесть татами красовался новый комод. У Томо даже глаза округлились.

— И постельные принадлежности тоже с иголочки! — негодующе заметила Сэки, раздвигая створки встроенного шкафа. Внутри, на верхней и нижней полках, на подстилках из шёлковых фуросики

[29]

цвета бледно-зелёных, едва распустившихся почек, с изысканным узором из виньеток, лежали два пухлых, свеженабитых ватой матраса, одно ватное одеяло и одно стёганое ночное кимоно из тиснёного золотисто-жёлтого шёлка в клетку. Рукава кимоно с пунцовым отливом были уютно

сложены вместе.

29

Фуросики — цветной платок для завязывания в него вещей.

— Это чья комната? — удивлённо спросила пришедшая с Томо Эцуко, повернув к матери своё белое, удлинённое личико.

— Твой отец построил новый флигель, чтобы работать здесь с деловыми бумагами, — резко ответила Томо. — А теперь ступай, милая!

Она словно гнала Эцуко прочь.