— Знакомься, — произнес Баруздин, обращаясь к Панченко, и указал на меня, — твой новый напарник.
— Я это уже понял, — улыбнулся тот и протянул мне руку. — Толик.
— Женя, — представился я, и мы обменялись рукопожатием.
— Введи его в курс дела, все объясни, все покажи, поделись нюансами. Ну а я поехал на базу. А то у нас там большие любители пива объявились. Надо им хорошенько вправить мозги.
Директор поднялся с кушетки и вышел. Мы с Панченко остались одни.
— Откуда сам? — спросил меня он.
— Из Балашова, — ответил я.
— О-о-о, — оживился тот. — Почти соседи. Я из Кирсанова. Тамбовская область.
Толик показался мне очень приятным и дружелюбным человеком. Его история оказалась схожей с моей. Отчаявшись найти работу в родном Кирсанове, он подался в столичный мегаполис, и после непродолжительных поисков осел в Коломенском, найдя здесь и жилье, — небольшую комнатушку в каком-то частном доме, — и источник доходов.
Узнав об однородности наших несчастий, он как-то сразу проникся ко мне симпатией. Его отношение к моей "профподготовке" оказалось гораздо серьезнее, чем как к простой формальности. Он подробно
рассказал мне, что следует делать, куда в каких ситуациях обращаться, провел меня по двору, показал где что находится, обвел вокруг дома, попутно снабжая полезными житейскими советами. Его столь дружеское участие имело вполне реальное объяснение: во мне он видел самого себя.
— Год назад я сам был в твоей шкуре, — признался он. — Я ведь тоже не профессиональный охранник. Я по профессии слесарь, и так же, как и ты, в охранное дело "въезжал" с нуля. Мне тогда Колька Громов очень помог. Обучил буквально всему. Он здесь уже не работает. Уволился. Не выдержал.
Толик просидел со мной до полудня, посвящая во все тонкости службы, и ушел только тогда, когда убедился, что я более-менее все понял.
— В случае чего звони, спрашивай, не стесняйся, — сказал он на прощание. — Баруздина лучше не беспокой. У него и своих дел хватает. "Телефонуй" либо мне, либо Мишке Ширяеву. Он тебя завтра будет сменять. Ты с ним утром познакомишься.
После ухода Панченко на столе остался листок бумаги, заполненный моей рукой, который представлял собой конспект всего услышанного. На нем значилось следующее:
"1. Телефоны:
— серый — городской.
— красный — внутренний (дом).
— белый — домофон.
2. При появлении посторонних:
— нажать на кнопку домофона, спросить: кто, к кому, зачем? Связаться по внутренней связи с хозяином (хозяйкой), и действовать согласно их распоряжениям.
3. В случае проникновения посторонних принять меры к их задержанию. При необходимости вызвать милицию.
4. Все поступающие на имя хозяина или хозяйки посылки тщательно досматривать на улице, и вносить внутрь, только убедившись в их безопасности.






