— А я должна быть с вами, потому что вы — моя мать?
— Если хочешь, так оно и будет.
Джейн молчала так долго, что Кирстен решила, что она снова заснула. Но она вдруг заговорила:
— Кирстен, если Лоренс оставил вас, если он вернулся к Пиппе, вы… Вы не сделаете с ребенком того, что в прошлый раз?
— Нет, — сказала Кирстен. — Я никогда не сделаю этого.
— Это хорошо, потому что мне хочется иметь маленького братика или сестричку. Пиппа даст братика Тому, а вы — мне.
—
Правильно. — Кирстен было очень больно слышать эти слова.
Потом Джейн заснула и проспала около двух часов. Проснувшись, она была как в тумане, плохо понимала, где находится, без конца просила Кирстен заставить младенца перестать плакать и звала Лоренса.
— Я хочу моего папочку, — сказала она, когда Кирстен попыталась ее успокоить. — Я не хочу вас, я хочу моего папочку. Он любит меня, он не позволит вам отделаться от меня.
У нее начался озноб, она покрылась испариной, зрачки сузились и Джейн открывала рот, словно беззвучно кричала. Кирстен позвала врача и поняла, что ей лучше уйти. Джейн уже не раз просыпалась в таком состоянии, но сейчас у нее поднялась температура. Она позвонит из дома в больницу, чтобы справиться о состоянии Джейн, а потом найдет ей хорошего психиатра.
Едва переступив порог дома, она поняла, что там побывал Лоренс. Не хватало кое-каких мелочей, туфель, книг на полках, старых джинсов, которые он повесил в ванной. Кирстен посмотрела, нет ли записки, но не найдя ее, поняла, как отчаянно ей хотелось получить от него хоть несколько слов. Может, он оставил ее возле кровати? Она никак не могла собраться с духом, заставить себя подняться по лестнице и увидеть, что опустела его половина гардероба, исчезли бритвенные принадлежности и другие мелочи. Как больно смотреть на постель, в которой они спали вместе, и знать, что он уже никогда не будет там лежать, как больно увидеть, что в комнате Тома нет его вагончиков, картинок и прочих игрушек. Вдруг сердце у нее сжалось: возле телефона Лоренс оставил ключи от дома. Кирстен поняла, что это конец и он не вернется. Конечно, она всегда может найти повод позвонить ему, но в любом случае Кирстен твердо решила не говорить ему о ребенке.
Кирстен подумала о Джейн. Правильно ли она сделала, рассказав об этом ей? Кто знает. Но завтра она попросит ее сохранить это в тайне от Лоренса.
Следует ли ей позвонить Лоренсу и попросить его навестить Джейн? Та уже несколько раз говорила, что хочет его видеть.
Кирстен знала, что он пойдет к ней, если она попросит его, но не была готова разговаривать с ним: позвонив ему, она сломалась бы.






