Кому-то эта мысль, скорее всего, показалась бы неприятной, но только не для нее – потому что это была не просто больница, а отделение пластической хирургии, и попасть туда значило пройти определенный этап на пути достижения своей мечты.
Непривычные цветочные запахи постельного белья, тихие звуки, свет. Рената осторожно подняла веки и почувствовала некоторую их стянутость. За окном сверкало золотое солнце; салатовые занавески, персиковые обои, натюрморт напротив кровати: апельсины, виноград и чайные розы. Рената повернула голову направо: две кровати, одна пустая, на второй лежала женщина и читала журнал.
– Доброе утро, – поприветствовала
ее соседка, оторвавшись от чтения. – Как себя чувствуешь?
– Нормально.
– Это самое главное. Аня уже уехала, а я мужа жду, он к двум подъедет. А за тобой когда приедут?
Рената вспомнила. Свободную кровать прежде занимала Аня, молодая симпатичная женщина, она пришла сюда, желая исправить форму носа. По мнению Ренаты, носик был вполне симпатичным, но – дело хозяйское. Девушка, заговорившая с ней сейчас, хотела избавиться от лопоухости. Они и познакомились перед ее операцией. Вот только ее имя совершенно вылетело у Ренаты из головы.
– За мной? Э-э-э… За мной не приедут. Я сама доберусь.
– Как же? Ты на машине? В таком состоянии? Все-таки наркоз еще до конца не отошел, да и мало ли что… Тем более, твои глаза. Что ты увидишь в этих повязках?
Рената машинально подняла руку к глазам. На ее лицо повыше носа были наложены бинты, поверх глаз, с прорезью, как у маски. Она и правда еще от наркоза не отошла – соображает медленно. Врач предупреждал: повязку носить придется недели три, не меньше. Рената даже расстроилась: ей не терпелось взглянуть на результат.
– На трамвае доеду.
– И никто тебя не встретит? – удивилась соседка. – Давай мы тебя довезем.
Сопротивляться было бесполезно. Настя (так звали сердобольную девушку, вспомнила Рената) возражений не принимала.
Она и сама обрадовалась собеседнице и всю дорогу, пока они ехали, щебетала о пережитой ею операции.
Клиника, где Ренате сделали операцию, была дорогой, и сама операция тоже стоила прилично – таких денег у Ренаты отродясь не было и взяться им было неоткуда.
Однажды, в канун ее дня рождения, Ренате позвонила Арина.
– Надо встретиться, – сразу перешла к делу Арина. – Хочу вручить тебе подарок.
– Спасибо, солнышко, – растрогалась психолог. – Приятно знать, что ты помнишь о моем дне рождения. Но подарок вовсе необязателен…
– Ничего не хочу слушать. Подарок уже есть, и он – для тебя.
Рената встретилась с Ариной.
– Я не понимаю: ты так давно и упорно об этом мечтала, а теперь так же настойчиво отказываешься от своей мечты? Дают – бери! Я от чистого сердца предлагаю, а ты сопротивляешься, – с жаром убеждала ее Арина.






