ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ностальгия, Автор - Бейл Мюррей, Серия - Интеллектуальный бестселлер. Читает весь мир., , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Ностальгия Бейл Мюррей Ностальгия, Автор - Бейл Мюррей, Серия - Интеллектуальный бестселлер. Читает весь мир., , Жанр - Современная проза, Проза. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. 1 26 августа: странные ощущения! Наконец-то турбины стихли, металлический посвист умолк, вибрация в горизонтальной плоскости, втиснувшая их в кресла, словно могучая рука, сменилась ровным вертикальным нажимом и относительным безмолвием земли. Все сидели притихшие, вроде как пришибленные. Гул и тряска еще давали о себе знать — пройдет не один час, прежде чем ощущение позабудется. Пока же пассажиры смотрят в пространство скорее тупо, нежели осмысленно. Подперев подбородок ладонями. А снаружи повсюду — бетон цвета брезента, в разводах горючего. Подползла канареечно-желтая автотележка — непристойно раскоряченная, под холщовым тентом. Местные занимались своими делами — этак вальяжно, без спешки. Водитель, с ног до головы в хаки, управлялся одной рукой. Подбородки утыкались в ладони. Большинство членов группы уже летали международными рейсами, но странное ощущение не сглаживалось. Странным казался сам конечный результат. Там, снаружи, начинались окраины чужой страны, знакомой лишь по описаниям (опасениям?), фотографиям и контурам на карте. Столько всего предстоит увидеть; вот-вот, буквально сейчас. Одн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

О, этот желто-серый реализм! Того и гляди раздастся крик вороны или какаду, но нет.

Впереди дорогу пересекла задрапированная в охряные одежды фигура — человек не то шел, не то плыл в окружении стада; коровы — грязные, неряшливые, с доисторическим отвисшим горлом — на первый взгляд бесцельно бродили туда-сюда, поднимая пыль. Незнакомец прошествовал в каких-то нескольких ярдах от громоздкого автобуса — но словно его не заметил: направился себе дальше, в каменистую пустыню. Голова его была наполовину выбрита, лицо

раскрашено глиной, на лбу поблескивали украшения. Шел он, подстраиваясь к позвякивающему дрейфованию стада. Возможно, тем самым поступь его обретала исконное величие. Пассажиры примолкли и развернулись в креслах. Женщины вздохнули.

Теперь замечены были и другие подробности.

Древняя то была земля, непростая. Куда более неоднозначная, нежели казалось прежде. Здесь рос терновник, здесь колыхались океаны чужеродной травы, и семена разлетались, точно водяные брызги, и тут и там торчал соломенный конус хижины, отведенной под склад. А это что еще за дерево такое — крона размытая, по форме — равнобедренный треугольник со срезанной верхушкой, такого они в жизни не видели, а здесь на каждом шагу попадается? (Acacia Senegal, то есть акация сенегальская.) Постепенно эвкалипты стали казаться неуместными. Они ж сюда наверняка пересажены искусственно: некая часть их собственного прошлого, их родины — по этой самой причине про них стоит упомянуть на открытках. При въезде в столицу улицы мало-помалу заполнились проржавевшими велосипедами, этими стрекочущими механическими насекомыми, а еще старыми мотоциклами, тоже британского производства, многие с колясками. «Велосетты», и «ариэли», и даже случайный «пантер», и серебристые мотороллеры, и шипящие автобусы — все они сигналили, разгоняя пешеходов. Город был беспорядочный, с низкой застройкой. Отель путешественников располагался в самом высоком из зданий — есть чем гордиться.

Дуг «Хэлло» Каткарт плавал туда-сюда, отрабатывая свой собственный вариант брасса; голова его, как метроном, то появлялась над водой, то исчезала, словно он переступал с пружины на пружину.

Куда больше децибел исходило от его жены, коренастой и принципиальной. Разлегшись в шезлонге, она смачным шлепком втирала в бедра косметическое масло — ляжки так и ходили ходуном.

Ненароком напрашивалась на сравнение Луиза Хофманн — стройная, спортивная, лет под сорок. Она поглядела на солнце, задорно склонив голову

на плечо, и объявила, что купаться не полезет. Ее муж сидел рядом: читал свежий номер «Тайм» и то и дело поглядывал на воду. Вокруг стояли плетеные столики, официанты в белых пиджаках сновали с разноцветными напитками.