—
Отвечая на вопрос Джеммы, я почувствовал себя неловко — будто я какая-то диковинка. — Нас двадцать два.
Джемма насмешливо фыркнула.
— Когда со мной в душевой двадцать две девочки, я считаю, что я одна. Ой, осторожней!
Впереди в темно-синей воде из морского дна выросла мерцающая стена — будто взметнулись вверх струи гейзера. Джемма испугалась, а я улыбнулся.
— Это наш забор. Он служит для того, чтобы держать нашу живность внутри и не подпускать к ней акул.
— А из чего он сделан? — спросила Джемма. Субмарина подошла ближе к забору, и она сама ответила на свой вопрос: — Из пузырьков воздуха!
Субмарина пробила плотный поток пузырей и оказалась по другую сторону забора. Джемма ахнула, увидев свет — яркий, как в летний день наверху. Туча рыб окружила подлодку, но в следующий же момент рыбы уплыли прочь и стали видны акры зеленых полей. Вдалеке более крупные рыбы покачивались в такт с листьями ламинарии, подсвеченными прожекторами, которые окружали наш участок.
—
Ничего себе! — прошептала Джемма, вертясь на сиденье и пытаясь смотреть сразу во все стороны.
— Да, впечатляет, — признал я.
Я с гордостью относился ко всему тому, что сотворили мои родители из морского ила, в ста футах под поверхностью моря. А ведь очень многие говорили, что это невозможно. Мое сердце сжалось от тоски. Ведь я сам выбрал место для своей будущей фермы. Сколько раз я измерял эти сто акров — и не счесть. Там было так красиво, там водилось столько рыб… Но сейчас думать об этом я не мог. Я указал на стаю красно-розовых рыб.
— У нас есть побочное предприятие по выращиванию окуней, но в основном мы занимаемся ламинарией и планктоном.
— Планктоном?
— Наши луга простираются до самой поверхности океана. — Вид у Джеммы был обескураженный, поэтому я добавил: — Ты ешь планктон каждый день. Зеленоватая паста, которую добавляют в еду, — как ты думаешь, из чего она сделана?
— Не из планктона.
Как раз в это мгновение маленькая светящаяся креветка вылетела из струи пузырьков и прижалась к иллюминатору.
— Посмотри… — в восхищении прошептала Джемма. — Это же настоящее сокровище океана…
— Точно, — кивнул я. — Ее подхватило воздушным потоком, и она неплохо прокатилась.
— Ой! — воскликнула Джемма. Мимо вихрем пронеслась стая ярко-голубых рыб. Джемма встала на колени и проводила их взглядом. — Надеюсь, этих рыб вы не едите?
— Нет. Мама держит их для красоты. Говорит, что они как цветы в саду.
— Но ведь это тропические рыбы, — снова усевшись, сказала Джемма. — Как же они могут жить на такой глубине?
— Морская вода везде одинаковая, на
любой глубине. Мы просто подогреваем ее, добавляем света и кислорода. Пузырьки воздуха сохраняют тепло. — Я указал на забор, который с этой стороны казался серебристым.
Я обернулся. Джемма пристально смотрела на меня. Я замер.






