ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детский сад, Автор - Райман Джефф, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Детский сад Райман Джефф Детский сад, Автор - Райман Джефф, , Жанр - Научная фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без дополнительных условий, книга полностью. Предисловие Победная поступь медицины (Культура вирусов) МИЛЕНА КИПЯТИЛА ВСЕ ПОДРЯД. Она панически боялась заболеть. Она всегда кипятила ножи и вилки других людей, если хотела их использовать. И другим людям это часто не нравилось. Режущие изделия делались из твердой резины, которая от такой обработки часто плавилась. После этого ножи уже нельзя было использовать. Зубцы у вилок начинали топорщиться куриными лапками, скукоживаясь на манер высохших старых перчаток. На улицу Милена выходила исключительно в перчатках, причем по возвращении кипятила и их. Поковырять пальцем в ухе или носу она не позволяла себе никогда. В душных, пахнущих, переполненных автобусах Милена задерживала дыхание — иной раз так, что голова шла кругом. Стоило кому-нибудь кашлянуть или чихнуть, как она тут же закрывала себе лицо. А чихали люди постоянно, и зимой и летом. Они болели всегда — потому что у них были вирусы. Убеждения были инфекцией. Достижения медицины привели к тому, что приемлемые модели поведения можно было подцепить от соседа или привить по решению Партии. Вирусы делали людей жизнерадостными, чуткими и честными. Благодаря вирусам у людей появились безукоризненные манеры, эрудиция и краснореч

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вспомнился этот слабо различимый призрак; молчаливый довесок, используемый лишь как резервуар свободной памяти, но без всяких функций — он не мог ничего сказать и не мог ничего сделать. Вот и ей предстоит сделаться тенью — какой была для нее Хэзер,

каким у Боба был Джордж. Уподобиться вирусам — этим полуживым, плавающим в чужом мозгу, не сознающим себя амебам.

«Нет!» — все же удалось ей выдавить из себя отчаянный вопль сопротивления.

Запас времени у этого исполина был фактически неограничен; но транжирить его попусту он все равно не любил. Если Милена говорит «нет», значит, она остается здесь, внизу, и будет стерта, за исключением лишь той ее части, что нужна Консенсусу.

Ему нужна ее способность к воображению. Ее уникальное свойство представлять двадцать два миллиарда роз, по одной на каждую заточенную в Консенсусе душу, и еще по одной на каждого из тех детей, что пока не считаны. Милене будет поручено представлять Консенсус, всю его грандиозную совокупность, и нести этот образ к звездам. Она сделается носительницей посланий вроде Джекоба — инструментом, емкостью для заполнения. Хотя, пожалуй, еще скромнее. Джекоб хотя бы мог ходить и разговаривать. Ее же просто урежут до элементарного резервуара памяти, черепной коробки для чужих мозгов.

Подобно громоздкому киту, с величавой медлительностью хлопнувшему напоследок хвостом по мутной, нехотя колыхнувшейся водной толще, Консенсус переключил свое внимание с Милены куда-то в другое место. Почувствовалось, как он отстранил мощь своего присутствия, отчего Милена опала, как пустая перчатка; воспоминание, задвинутое на такую глубину, что извлечь ее оттуда не предвидится уже никогда.

И

когда плыл этот кит, из илистых глубин стайками рыбок взметались сонмы душ, разбуженные его присутствием. Последовала цепь ударных волн от внезапных всплесков активности, и целые структуры душ ненадолго пробуждались, вспыхивая неистовой радостью оттого, что им позволено очнуться, приобщиться к жизни, ставшей для них не более чем далеким воспоминанием. Импульсы взвивались, как стрелы фейерверка — метеорами, со свистом, — и, мелькнув, снова гасли.

И пока Корона Мира уводила свою громаду, Милена уловила ее очертания. Она ощутила каркас, умещающий в себе пятнадцать миллиардов дремлющих душ. Ощутила, что Короны разбросаны по миру, связанные между собой, подобно колоссальных размеров грибнице. И почувствовала, что Консенсус… боится. Консенсус состоял из плоти, а плоть боялась умереть.

Страх — вот что двигало им. Страх заставлял Консенсус нуждаться в Милене для его межгалактической миссии. Страх заставлял его желать любви Милены. Страх делал его опасным.

Милена-матрица ощущала, как новый

ум у нее пустеет, наливается сонливостью. «Я свой выбор сделала, — подумала она.