— Откуда пять? У нас всего три координаты для бутылки!
— Ну, мы сжульничали. Не учли ещё две вращательные степени свободы, — сказал я.
— То есть?
Я сел на корточки и положил руку на бутылку. Она лежала этикеткой к полу.
— Смотри, я поворачиваю её вокруг длинной оси, чтобы прочесть этикетку. Этот угол поворота — совершенно отдельное число, независимое от того, который ты отмечал на доске. Для него нам нужна ещё одна координатная ось. — Я взял бутылку, поставил на донышко и наклонил, так что теперь её горлышко смотрело под углом к полу, как дуло артиллерийского орудия. — А то, что я делаю сейчас — ещё одно независимое вращение.
— Так что уже пять, — сказал Барб, — только для бутылки.
— Да. Чтобы взять самый общий случай, надо добавить шестую ось, чтобы отмечать вертикальные перемещения. — Я приподнял бутылку над полом. — Так что нам нужны шесть измерений нашего конфигурационного пространства только для положения и ориентации бутылки. — Я поставил её обратно. — Но если мы ограничимся полом, то хватит и пяти.
— Ладно, — сказал Барб. Он так говорил, только когда что-нибудь окончательно понимал.
— Я рад, что ты согласен. Думать в шести измерениях трудно.
— Я думаю просто о шести колонках на моей доске вместо трёх, — сказал он. — Но я не понимаю, зачем нужно ещё шесть измерений для картофелины. Почему не воспользоваться теми шестью, которые у нас уже есть для
бутылки.
— Мы ими и пользуемся, — объяснил я, — но записываем числа в отдельные колонки. Тогда каждая строка таблицы содержит в себе всё, что нам нужно знать о системе бутылка-картофелина в данный момент времени. Каждая строка — двенадцать чисел, дающих нам
x, y
и
z
бутылки, её угол отлетания от пинка, угол чтения этикетки, угол наклона и всё то же самое для картофелины, — точка в двенадцатимерном конфигурационном пространстве. И теорам это становится полезным, например, когда мы соединяем точки и получаем траектории в конфигурационном пространстве.
— Когда ты говоришь «траектория», мне представляется что-то, летящее по воздуху, — ответил Барб. — Я не понимаю, что ты имеешь в виду, когда речь о двенадцатимерном пространстве, которое вовсе и не пространство.
— Давай упростим до предела. Будем двигать бутылку с картофелиной только по оси
x
и забудем про вращение.
Я положил их так:
— Можешь отметить у себя на доске их координаты по оси x?
— Конечно. — И через несколько секунд Барб показал мне такую табличку:
— Сейчас я их столкну. Медленно, конечно. Постарайся записывать координаты, если успеешь.
Я начал двигать картофелину и бутылку, останавливаясь и
говоря: «Отмечай» всякий раз, как хотел, чтобы он добавил новую строчку к таблице.
— Бутылка движется быстрее, — заметил Барб.
— В два раза быстрее.






