Но я ни разу его не видела. Трудно довериться незнакомцу, особенно если дело касается таких вещей, как убийство и измена. Да и он меня не знает. С чего бы ему мне верить?
— Но вы говорите, что он уже помогал вашей семье?
— Да. Он помог моим двоюродным братьям, Мюрреям. Но их я тоже толком не знаю, так что не могу сказать, что много слышала о сэре Саймоне. Я наполовину Мюррей; все остальное во мне от Армстронгов.
— Это плохо?
— В каком-то смысле — ничего хорошего, мальчик. Мой маленький клан, мой отец-лэрд — все они добрые, честные люди, чего никак не скажешь о старших. Они здорово запятнали честь нашей семьи, потому что кое-кто из родственников отца погряз в бесчестье. — Она поморщилась. — Знаешь, среди моей родни немало воров.
Мальчик было рассмеялся, и она усмехнулась, помогая детям взобраться на Голиафа.
— Я
не слишком обижусь, если он предпочтет видеть во мне родственницу Мюрреев, по крайней мере, поначалу.
— Если он откажется вам помогать, помогу я, — заявил Рейд.
— Ты хороший, храбрый парень. — Илзбет взяла поводья и направилась к городку, ведя за собой пони. — Но тебе нужно заботиться о сестре, поэтому остается лишь уповать на то, что сэр Саймон действительно такой ярый борец за правду, как о нем говорят.
Тем более что у самой Илзбет не было никакого другого плана. Она попыталась придумать что-нибудь на ходу. Но сейчас, когда путешествие близилось к концу, ее голова работала ничуть не лучше, чем в долгие часы, проведенные в дороге. К тому времени, как Илзбет очутилась у дверей дома сэра Саймона Иннеза, она потеряла всякую надежду придумать что-нибудь умное. Оставалось лишь истово молиться, что этот человек ее спасет.
Саймон Иннез развалился в кресле у огня, с бокалом отличного вина в руке и хмуро взирал на лежащего на его коленях кота. Было ошибкой поддаться приступу милосердия и накормить этого огромного черно-белого котяру. Кот съел угощение и преспокойно вошел в дом. Иннез поглядел на своего пса. Зубастый лежал у его ног, и его нос украшала свежая царапина. Кто бы мог подумать, что огромный злой пес трусливо отступит перед бездомным
котом, который безнаказанно лупит его лапой по носу!
Вздохнув, Иннез осторожно погладил кота, и тот глухо, раскатисто заурчал. По крайней мере, это было приятней, чем слушать его храп. Да и выглядел зверь после того, как им собственноручно занялась Старая Бега, гораздо лучше. С видом оскорбленного достоинства кот перенес мытье и расчесывание, после чего ему втерли в шерсть какое-то масло, чтобы истребить блох.
— Разумеется, стоило смириться с этой маленькой неприятностью ради того, чтобы устроиться перед огнем, предварительно набив брюхо курицей, — медленно произнес Иннез, делая новый глоток вина. — Просто не верится, что я разрешил тебе лежать на моих коленях.






